— А много ребятишек у аги?

— Госпожа, вам на все вопросы ответит Дохик, а мне позвольте проводить господина де Бриоша.

— Да, конечно.

Дохик стояла совершенно спокойно и разглядывала Рутгера без какого-либо стеснения. Катерина думала, что мусульманки должны прятать лицо перед мужчиной и слуга только что предупреждал о неловких моментах, но молодая женщина оставляла на обозрение даже часть своих ярко рыжих волос. На голове у неё была надета расшитая шапочка, щедро украшенная свисающими нитями жемчуга, от которой тянулась воздушная ткань, скрывающая позади причёску и часть шеи. По сравнению с нею Катя была укутана с ног до головы, а в доме Фадея женщин вообще спрятали от глаз Рутгера. Впрочем, стоило ли удивляться: двенадцатый век уже не раз поражал её несоответствием сложившихся представлениям.

Стрельнув зеленоватыми глазками в сторону сурового рыцаря, Дохик повела гостью в женскую часть покоев. Она шла гордо, не удостаивая взглядом выскочивших девчушек, желающих посмотреть, кого ведут и, миновав несколько пустующих помещений, пригласила войти, открывая резные дверцы.

— Прошу, это лучшие наши покои, — с гордостью произнесла она, ревниво наблюдая за реакцией гостьи.

Вся женская половина была наполнена тканями, коврами, подушками и ароматом сладостей. Выделенное для Кати помещение было большим, довольно уютным, светлым. Стёкол в окнах не было, но на прочных крюках над проёмами висели войлочные полотна, сейчас свёрнутые до половины в рулон.

— Это на ночь надо опускать? — указав на них рукой, спросила она.

— Да, как только начнёт темнеть, я закрою ими окна. Мы уже перестали их смачивать, но если хотите…

— Смачивать? Зачем?

— Ну как же, когда зной пробирается в дом, то влажная защита необходима, чтобы воздух сделать свежим и приятным.

— Ах, да, понятно. Нет, мне днём комфортно, но ночи уже прохладные.

Дохик согласно кивнула, пообещав вечером принести чашу с горячими углями, и стала знакомить гостью с обстановкой.

— Здесь вы можете хранить свои вещи, — указала она на резной здоровенный сундук.

— Я ожидала нападения разбойников и взяла с собой самое необходимое, надеясь, что удастся сберечь, но забрали даже камизы, — сочла необходимым пояснить Катя.

— О, мне очень жаль. Наверное, они были из шёлка, раз на них позарились.

— Да.

Сопровождающая сочувственно пощёлкала языком и, осуждая разбойников, покачала головой.

— Эта комната для справления нужды, — Дохик приоткрыла узенькую дверцу, приглашая убедиться, что всё чисто и красиво. Катя толкнула вторую дверцу-распашонку и заглянула в вытянутое помещение. Пол, стены были покрыты глазурованной плиткой и здесь всё приготовлено для того, чтобы совершать гигиенические процедуры.