Прозвучало уважительно и красиво, но по факту отвели в тень ближайшего дерева и постелили покрывало, чтобы дать отдых ногам. А вот Морковкину повезло: ему предложили воды и корм. Через полчаса послышался шум, чей-то взволнованный шёпот настойчиво бубнил:

— Господин, господин, нарядный пояс забыли повязать! Господин, дайте чалму поправлю!

Услышав это, Катино нарастающее волнение утихло. Она поднялась, оправила коротковатую ей коту, и с любопытством вглядывалась через кусты, пытаясь составить первое впечатление от аги.

К ней шагал полноватый невысокий мужчина, нервно отмахивающийся от слуги, норовящего придать аге соответствующий его сану облик. Он остановился в нескольких метрах от гостей и деловито сказал:

— Кхм, — чтобы придать себе солидности и одновременно скрыть некоторую неловкость. Потом ещё раз: — Кхм, — по-видимому, он не очень представлял, как вести себя с появившимися гостями.

Катя смотрела на него, широко раскрыв глаза. Ага Яваш как и все местные жители был невысок, а ещё его полнота скрадывала рост, но он был ниже её всего на пару сантиметров. Но это она отметила мимоходом. Её поразило его обаяние! Немного скуластое лицо с крупным прямым носом, солидная залысина, приоткрывшаяся из-за неровно надетой чалмы, и в общем, глазу не за что зацепиться, но его робкая приветственная улыбка, беспокоящиеся глаза о том, какое он производит впечатление, чуть подрагивающие коротковатые пальцы…

Катерина сразу почуяла, что этот человек не обидит её и облегчённо выдохнула, открыто улыбнулась, и воскликнула:

— Ага Яваш! Как же я рада, что мы добрались до вас! — неожиданно для Рутгера, да и для себя самой, подалась вперёд, потом опомнилась и неожиданно расплакалась, прикрываясь широким рукавом.

Хозяин дома запереживал, сделал несколько шагов к гостье, растерянно посмотрел на сурового мужчину, сопровождающего её, потом обернулся к слуге, ища подсказки у него, и неловко извернувшись, попробовал заглянуть в глаза мадам.

— Что же вы плачете, наверное, устали? — ага говорил по-французски с лёгким акцентом и, схватив платок у крутящегося рядом слуги, протянул руку, чтобы вытереть слёзы, но тут же с испугом отдёрнул.

— Прошу прощения, — поторопился он извиниться, чтобы гостья и её воин не подумали ничего дурного, — что-то я разволновался… вы плачете, и моя душа стонет, сочувствуя вам.

— О, мне стыдно за мою слабость… я всю дорогу пыталась представить себе, как меня встретит достопочтимый ага, каков он внешне…

Ага Яваш отступил на шаг и спрятал руки за спину.

— Понимаю, вы разочарованы. Думали, вашего мужа пленил грозный воин, а тут я…