Катерину стало трясти. Она, не дрогнув, отправила его в прошлое, но не желала ему вечных мук смерти. Бесконечная боль не добавит ему сердечности, не научит ценить чувства.

Как остановить этот процесс, было непонятно. Она видела, что вдали от устройства сгущение воздуха минимально, но её расположение не позволяло вырваться из плотной субстанции, распространяющейся от машины.

Она с ужасом подумала, что если бы не нашлось людей, молящихся за неё, то её ждало бы то же самое. Наконец техника не выдержала, запахло дымом, а потом что — то стало с треском взрываться. Пространство потеряло свою вязкость, и она смогла нормально дышать. Сверху полил дождь, сработала сигнализация, кто-то обхватил её, закинул на плечо и вынес из лаборатории перед тем, как прогремел настоящий взрыв.

С плеча здоровенного парня падать было больно. Катя пошевелилась и тут же крепкая ладонь сильно толкнула её под зад, понукая к движению.

— Мадам, надо уходить, — прохрипел спаситель.

Она попробовала встать, но её сразу же повело вбок. Краем глаза Катерина увидела, что у мужчины в форме те же проблемы, но он пытается толкать её вперёд, чтобы она ползла. Дым, кое-где обрушился потолок, слышны были крики, а они вдвоём карабкались всё дальше и дальше. Потом их обоих подхватили и понесли наружу. До выхода оставалось совсем чуть-чуть.

— Эти люди задействованы в наших разработках, вы не можете их забрать.

— Они ранены и им нужна помощь.

— Мы предоставим её сами. Несите их туда!

Катя попробовала слабой рукой ухватиться за халат обычного медика, но её с головой накрыли лёгкой тканью и быстро погрузили в машину корпорации или кто у них там отвечал за создание проекта перемещений во времени.

«Из огня да в полымя», — вяло формировалась мысль в Катиной голове, и эта вялость указывала, что её головушка пострадала при взрыве.

Она пыталась прислушиваться к разговорам, отдельным репликам, а когда скинули с её лица лёгкую накидку, то постаралась запомнить лица похитителей, но через минуту уже забывала, как они выглядят. Кто-то заслонил ей всю видимость, и она почувствовала укол.

— Берт вас всех… — пригрозила Катерина, но сил закончить фразу и сообщить, что она сеньора де Бланшфор, уже не было.

Очнулась в светлой огромной комнате, похожей на приличный гостиничный номер с функциями больничной палаты. Большие окна, прикрытые шторами, свободно расставленная мягкая мебель, цветы в вазах… Приподнявшись на локтях, Катерина осматривала помещение. Мысли путались. Надо как-то сказать Бертрану, что она здесь, и этот замок явно не готов к нападениям с такими-то окнами! Интересно, чем набили кресла, что так ровно и пышно получилось? Одновременно росло беспокойство за детей.