— Потрясающе, — прошептала Катя, пытаясь осознать и принять информацию. Её впечатлило, что Морритты сумели проследить свою историю; что медальон, пусть частично, но удалось сохранить. Сам многовековый путь части рода Яваша заставлял в волнении забывать дышать.

— Слушайте дальше, самое интересное впереди! Ваш портрет волновал всех потомком аги Яваша. Мы можем только догадываться, что поначалу ага хранил его как память, потом медальон прятали, чтобы не вызвать на себя гнев муллы, ведь, как вы знаете, изображение живых существ в их культуре запрещено. Но вы можете сами себе нафантазировать, что помимо увеличивающейся ценности… — тут Луи посмотрел на Катю, и она тихо произнесла:

— Он был щедро усыпан драгоценными камнями. Я изначально задумывала эту вещь как вложение денег.

Луи кивнул и продолжил:

— …так вот, наверняка существовала какая-то история по поводу вашего портрета. У нашей турецкой родни остался свиток, где изгнанный королевой старший Морритт кается, что ему пришлось вытащить камни из родового талисмана, вручённого их предку доброй джинией, по-нашему это определение ближе к ангелу.

— Свиток? Прости, я тебя перебью. Не сохранились ли свитки самого аги Яваша? Я понимаю, что прошло много времени…

— Это надо смотреть в архивах Лондонских музеев, — ответил Эмэри, — в конце позапрошлого века их археологи разорили старинную усыпальницу одного из наших сородичей на востоке, который был последним, кто переписывал свитки аги Яваша. Времена тогда были сложные, возражать англичанам никто не посмел, да и не думали, что переписываемые одним чудаком свитки имели какую-либо ценность.

— Надо будет поискать, — задумалась Катерина и улыбнулась, видя нетерпеливый взгляд Луи, которого прервали. Юноша указал на изображение старой вещи и продолжил:

— Во времена Изабеллы Кастильской ещё всему роду Явашей-Морриттов было известно, какое значение для них имел медальон и почему вас назвали джинией, а потом настали тяжёлые времена и его просто хранили как очень старую вещь. А мой прадед, получив наследство и разглядывая древний медальон, вдруг решил, что вы посланница из будущего. В его время была популярна книга Герберта Уэллса «Машина времени», и наш предок, вслед за Уэллсом осознал, что реальность не трёхмерна — длина, ширина, высота. А есть ещё неучтённое пространство: Время! Вообразите, Эйнштейн ещё ничего не озвучил, а Уэллс подал эту мысль на тарелочке.

— Признаться, я не очень… — Катерина попросила налить ей ещё воды, — мне не приходило в голову сопоставлять по времени книги Уэллса с откровениями Эйнштейна.