– Мы нашли твои дневники, – Катя пересекла кабинет и положила сумку на стол, поверх разложенных бумаг. – И знаем имя вора. Дневники он украл с помощью Флавия, я могу свидетельствовать об этом перед вече. Вор затеял это только ради того, чтобы добраться до меня… и Гореславы. Которую вы спрятали во мне.

Последняя фраза далась ей особенно тяжело. Слова словно встали стеной между ней и родителями.

– Ты знаешь, – выдохнул Велес.

Катя кивнула:

– Темновит рассказал мне об этом. Он освободил Гореславу, вернее ее душу и ее силу, из меня, хотя и не смог их заполучить. Она ушла. А Темновит остался ни с чем.

Родители переглянулись.

Катя поняла: им нужны подробности. Вздохнув, пояснила:

– Ее укрыл темный морок. И она обещала вернуться.

– Катя… – мама подошла к ней, посмотрела с мольбой: – У нас не было иного способа, чтобы спасти ее, она умерла, а ее сила осталась.

Катя устало кивнула:

– Да, наверное, так и есть, – ее взгляд говорил, что она не верит ни одному их слову.

И еще – что ее это больше не трогает. Она посмотрела на отца.

– Это правда? Что ты обещал меня Флавию в жены?

Велес задумчиво кивнул:

– Правда, дочь. Мы были дружны. Я хотел для тебя лучшего. Надеялся, что ты станешь символом примирения двух соперников, Руси и Византии. Но, став советником и консулом, Флавий, наоборот, умудрился окончательно испортить отношения с Русским царством.

Она решительно отступила от родителей.

– Я сюда вернулась только затем, чтобы отдать дневники и сообщить, что не намерена оставаться в Раграде… И вообще здесь, в этом мире.

Мирослава растерялась. Оглянулась на мужа, поймала его пасмурный взгляд и нахмурилась:

– Но как же, Катя. Это невозможно. Ты ведь знаешь, что в том мире девушка твоего возраста не может быть одна, без присмотра кого-то из взрослых. А я…

– Я не подросток, я богиня Доля.