Только Кларе сейчас под силу спасти меня… Но не для того я продумывал план по освобождению супруги, чтобы в итоге все равно погубить ее!

— Оставьте нас одних… — отдала приказ Клара, не отводя от меня изумрудного взгляда. Сердце, кажется, пропустило удар от волнения.

Нет, она же не собирается сделать это, правда?

Стоявшая на входе супруга шурина испуганно дернулась.

— Клара, ты же не…

— У нас мало времени! — перебила ее Клара, взирая на собеседницу настойчивым взглядом.

Похоже, она уже все решила…

Лэйла, разумеется, от слов подруги впала в истерику. Из глаз темно-русой гостьи ручьем лились слезы, которые не останавливали даже ее тонкие руки. Ноа подхватил свою супругу и крепко обнял ее в надежде успокоить. В его глазах тоже читались ярость, сожаление и нежелание мириться с происходящим, но он не препятствовал воле сестры.

Видеть это со стороны было еще больнее. Все двенадцать лет я отнимал жизни своих жен, но еще ни разу не видел от их родных и близких чего-то подобного. Неподдельная любовь и отчаяние за ближущуюся гибель родного человека…

Глядя на это я еще сильнее убеждался в своем нежелании сейчас совершать ритуал, только вот Клара с моим мнением сейчас совсем не считалась. Когда в комнате остались лишь мы вдвоем, она помогла мне присесть на кровати и откинула с левой части шеи мягкие каштановые локоны.

— Нет! Ты же погибнешь! — попытался отговорить я супругу. — Я не просто так освободил тебя от этого ужаса.

— Боюсь, у нас нет выбора. Ты должен это сделать ради своего народа! Я хочу, чтобы ты выжил, а раны твои зажили! И я уже приняла решение…

Богиня, молю, дай мне возможность расслышать этот кошмар и направь меня на путь…

Я не хочу губить Клару, но ради своего народа у меня и вправду нет иного выхода! Что ж, видимо судьбой мне не дано подольше насладиться обществом девушки, которая так пригрелась моему сердцу… Несправедливо!