Ноа удалось быстро привести в сознание, а вот дела у Клары были не так хороши. На девушку было больно смотреть: ее платье было разорвано, оголяя самые интимные места на нежном теле, лицо ее было красным и липким от запекшихся слез, а запястья покрыты царапинами и синяками от крепких узлов, что стягивали ее руки…

Проникнувшись болью от волнения за возлюбленную, я перестал рваться в драку и полицейские позволили мне подойти к супруге.

— Ниннэ, как она?

Беловолосая целительница активно копошилась в попытке привести Клару в сознание.

— Виктор не успел свершить задуманного, но при этом бедняжку напоили очень опасным количеством настоя «Дуриной слепоты», — сказав это, она вытащила из кармана платья бутылку с прозрачным содержимым и откупорила пробку. — Как хорошо, что у меня был с собой настой очищения… Если повезет, то может мне удастся привести ее в чувство, но я понятия не имею как отреагирует разум леди Клары на все это. В лучшем случае будет бредить и болеть где-то день, в худшем — потеряет память…

Чувствую, как лицо вновь распаляется яростью, как руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Ох, если бы не присутствие полиции, то Виктору сейчас досталось бы по первое число!

— Сделай все возможное… — процедил я сквозь зубы, протяжно выдохнув в попытке успокоиться. Только надолго меня не хватило…. Один лишь взгляд на Виктора — и во мне снова все вскипело. — Ты… Если она умрет или проявятся последствия от этой дряни, то, клянусь богиней, ты пожалеешь о том, что в живых остался!

Останский лорд ничего не ответил и лишь отвернулся в сторону начальника полиции, что сейчас его допрашивал. Было ясно одно — Ниннэ оказалась права. Виктор и вправду хотел исцелиться с помощью дара богини, а раз Клара сама не горела желанием отправляться в его владения, то он решил ей с этим помочь…

Гнусный и безрассудный поступок…

— Нет! Пожалуйста, не надо! Не хочу… — жалобные причитания супруги заставили меня позабыть о мерзавце Викторе и подбежать к любимой. Похоже, Ниннэ удалось привести девушку в сознание, но, как и предсказывала целительница, Клара теперь сильно бредит. Пострадавшая вертелась на кровати и хлопала глазами, словно ее ослепило и она теперь пыталась увидеть хоть что-нибудь, чтобы успокоиться.

— Не беспокойся, любимая, я рядом! — я поглаживал прохладную руку возлюбленной в надежде успокоить бедняжку, но та лишь крепко сжимала ее и продолжала бредить.

— Похоже, денек-другой она все же поболеет, — развела руками целительница. — Прости, но это все, чем я могу помочь…

— Ничего, ты отлично постаралась. Спасибо! — я поблагодарил целительницу и поцеловал шевелящуюся в замешательстве руку супруги.