– Она лаборант. Помогает нам разобраться в себе и наших возможностях, – объясняет, приближаясь ко мне с уже готовой капельницей. – Отвернись, я постараюсь не больно, – просит, склоняясь над рукой.Я отворачиваюсь и начинаю думать о том, что сказал Куинн. Значит, за ними наблюдают, контролируют… или как?

– Готово, – вдруг говорит, прикоснувшись к моей щеке. А я даже ничего не почувствовала. – Как ты?– Хорошо… Значит, Мика наблюдает за вами? – уточняю.

– Она просто помогает, поскольку мы и сами не понимаем, кто есть на самом деле. К тому же нужен кто-то из наших, чтобы не обращаться к незнакомым врачам и тем самым ставить нашу расу под угрозу. Плюс нужно наблюдать за детьми… Мы не знаем, как протекает беременность у человека, который носит нашего ребенка.– Могут быть проблемы? – настораживаюсь.

– Пока я знаю только то, что для наших детей нужно особое питание – мясо, а паре нужно находиться вместе. Тогда беременность протекает спокойнее и лучше.А я и думаю, почему мне стало так хорошо…

– Мы зависимы друг от друга?– Мы одно целое, – отвечает, размещаясь возле меня и заключая в свои крепкие объятия. – Я никогда не дам вас в обиду ни стихиям, ни людям, ни болезням, ни другим жизненным факторам… Никогда!И я верю…

Поговорив еще некоторое время о прошлом Куинна, о его заключении и всем том, что он знал, я уснула в его крепких объятиях, окутанная теплом и запахом мужчины.

Когда проснулась, то капельницы уже не было, а за окном стемнело. Куинна рядом тоже не оказалось, и у меня началась мгновенная паника. Но как только я об этом подумала, он появился в спальне с подносом в руках, на котором находилась новая порция еды и стакан молока. Сам мужчина выглядел идеально. Скорее всего, недавно принял душ, поскольку волосы были влажными и блестели в бликах света, который попадал через приоткрытую дверь соседней комнаты. На нем была белая майка, которая туго обтягивала его мышцы, и свободного кроя спортивные штаны на резинке. Немного коротковатые, но выглядел он красиво.

– Привет, – шепнула я, сонно потирая глаза. В груди мгновенно утих страх и паника, которая возникла за три секунды.

– Привет, – отозвался он, приближаясь. – Все нормально? – спросил, заметив мое учащенное сердцебиение.

– Наверное, недельное заключение оставит свой след, – бросаю, наблюдая за тем, как мужчина ставит поднос на комод рядом. Затем он склоняется надо мной и помогает принять удобное положение.

– Не позволю, – вдруг шепчет Куинн, задерживая меня в своих объятиях и запечатлевая быстрый поцелуй в висок. От него вкусно пахло… гелем для душа и едой.