– Алиса, помоги! – удается прочитать по губам Ахши. Его лицо, искаженное от ужаса и страданий, отчетливо виднеется в мельчайших подробностях, невзирая на разделяющее нас расстояние. Ни одной эмоции не ускользает от моего внимания, ни капли боли.

Я хочу броситься мальчику на помощь, но тьма окутывает тело липкими нитями, не давая пошевелиться. Тэан стоит ко мне спиной. Не замечая ничего вокруг, он продолжает душить беспомощного ребенка. Все мои попытки вырваться из плена темноты не приводят к результатам. Остается только наблюдать за этой ужасной картиной, ощущая невыносимую беспомощность.

– Убей его, – раздается в голове приглушенный голос. – Ты должна убить Тэана, иначе он убьет вас всех. Спаси то, что еще можно спасти. Сделай это, пока не стало слишком поздно.

Резко просыпаясь, я сажусь и одними губами шепчу:

– Ахташель.

Сердце колотится с такой силой, что сотрясает все тело. Руки дрожат, под волосами мокро от пота.

– Ты что-то сказала? – сонно спрашивает Альрайен.

Я только сейчас замечаю, что на земле ночь. Вокруг потухшего костра разложены одеяла, в которых кутаются близнецы и наш маленький спутник. Мы с Альрайеном лежим в одной импровизированной постели, и, похоже, до моего пробуждения – в обнимку. Недовольно повозившись, аллир устремляет на меня взгляд прищуренных ото сна глаз в ожидании ответа, но не в полной мере осознавая происходящее.

– Нет, ничего. Спи, – говорю я, пытаясь восстановить сумасшедшее дыхание.

Альрайен успокаивается, кладет голову обратно и снова засыпает. Свет луны разливает по ночной поляне искрящееся серебро. Волосы аллира, рассыпанные по подушке, в этом свете выглядят по-настоящему волшебно. Бледное лицо с изящными аристократичными чертами сейчас кажется расслабленным, умиротворенным, и оттого – каким-то невинным. Простое созерцание напополам с самообманом помогает наконец прийти в себя.