— Ты нравишься мне уже достаточно. Если будешь нравиться больше, я сорвусь.

Он задрожал от смеха, понимая её. Но его веселье умерло, как только он увидел, как пятеро волков идут сквозь толпу к ним.

— В чём дело? — Ниам напряглась. — Что теперь?

Кийо сжал её крепче, они оказались окружены оборотнями. Пассажиры обходили их, стража станции отвернулась, узнав членов высшего ранга стаи Ирёку. Кийо хмуро смотрел в знакомые светло-карие глаза Кобэ.

Он оскалился Кийо и спросил на японском:

— Куда-то собрался?

— Вам-то что? — ответил Кийо на японском.

— Аруфуа-сан приказала, чтобы вы оставались в городе, — Кобэ заговорил на английском, глядя то на Кийо, то на Ниам. — Ни тебе, ни твоей махоцукай нельзя уезжать без разрешения. Мы думали, что ясно дали это понять.

— Нет, я договорился с Сакурой, что буду биться завтра ночью. Наша сделка на этом начинается и заканчивается. Вы не можете указывать мне, куда я могу идти, а куда — нет.

— Ты пойдёшь с нами. Обсуди это с Аруфуа-сан.

— Нам нужно быть в другом месте.

— Да. — Волки шагнули ближе.

«Кийо, давай поедем с ними, — сказала Ниам в его голове. — Пусть думают, что мы слушаемся. Я смогу перенести нас потом на поезд».

Он сжал её талию в ответ, но смотрел на Кобэ.

— Ладно. Мы вернёмся в отель.

— Нет, вы поедете с нами.

Он напрягся, готовый биться.

«Нет, милый. Просто поедем с ними. Если можем выбраться из этого мирно, нужно попробовать».

Поняв, что она права. Кийо с неохотой позволил Кобэ и его людям сопроводить их с вокзала.

«Проклятое дежавю», — буркнула раздражённо Ниам в его голове.