- Завтра я посижу тут в засаде, - кивнул он и, прежде, чем женщина начала протестовать, продолжил: - Максим твой кто? Бывший травник. А я боевик, хоть давно и не в полях…

Сказал и замер. При слове «поле» внутри снова шевельнулось то ли воспоминание, то ли ощущение. Наверное, об этом стоило подумать не сейчас, а утром, на свежую голову.

- Ладно, хочешь сидеть – сиди сколько угодно, - согласилась Мирослава. – А теперь иди уже.

- Доброй ночи, - улыбнулся мужчина и, мурлыча себе под нос армейскую песенку, отправился домой. На душе поселилось предвкушение чего-то нового и необыкновенного.

***

Андрей Домбровский проснулся от зверски сильного желания чихнуть. Сон еще не выпустил его из своих объятий до конца. И сонная леность никак не давала почесать свербевший нос. Но мужчина все же поморщился, дернул головой, сбрасывая остатки дремы, и все же чихнул, громко и мощно. А потом открыл глаза.

Перед глазами торчала задница. Пушистая черно-белая задница, из которой рос такой же пушистый хвост. И сейчас этот хвост свешивался вниз и щекотал Андрея по лицу.

- Совесть есть? – поинтересовался Домбровский.

Домовой, лежавший на спинке дивана, всем своим видом демонстрировал, что такое слово отсутствует в его лексиконе. Второй кот, полностью черный, лежал ближе к ногам и щурил желтые глазищи.

- Ладно, что с вас взять, - вздохнул мужчина и поднялся.

Коты – даром, что неслабая нечисть - тут же слетели с дивана и потрусили к мискам. Домбровский заглянул в холодильник и нашел солидный кусок свежего мяса. Оценив габариты домовых, отрезал половину, покромсал на неровные части и выложил в кошачьи миски. Бес и Лих с утробным урчанием принялись за еду.

Самому магу есть пока не хотелось. Он вышел на крыльцо и сладко, до хруста в суставах, потянулся. Было раннее утро. На траве бриллиантами блестела роса. Воздух казался звонко-чистым и напитанным ароматом цветов и трав. Где-то звякали ведра и орал петух. И как ни странно, резкий, не слишком приятный звук птичьей глотки показался мужчине удивительно уютным.

Андрей сделал глубокий вдох и шагнул с крыльца в траву, прямо как был, босиком. Роса захолодила ступни и намочила пижамные штаны, но Домбровский не смутился. Он обошел дом, наслаждаясь прохладой и осматриваясь по сторонам. Два участка уже давно слились в один, но здесь, на бывшей территории Арсения, был только газон и деревья. А дальше, где властвовала Феодора, раскинулся ведьминский огород.

Из дочери получилась отличная ведьма, за зельями и оберегами которой приезжали даже из Старограда. Андрей не жалел, что ее судьба сложилась именно так. Феодора нашла свое место. Нашла правильного мужчину, хоть многие светские львы и львицы крутили пальцами у виска, узнав, что дочь самого Домбровского вышла замуж за деревенского егеря. Но Феодора была счастлива. Да и Арсений окончательно выбрался из своей скорлупы. И теперь занимался не только лесом. Ему как-то удалось договориться с Пущей. Уже два года он отбирал в Старограде лучших студентов-боевиков и вез в деревню, где пушанская нечисть развлекалась вовсю, устраивая им самые разные тренировки. Под чутким присмотром Завяьлова, разумеется.