Он убил мою мать. Он собирается заявить права на город, который я называю своим домом.

Он остановил орду вампиров-нежити в Мишмаре.

Это происходило.

Каждый нерв в моем теле напрягся, мое дыхание участилось. Мои мышцы стали расслабленными и гибкими, будто я потратила полчаса на разминку перед большим боем. Мне казалось, что моя кровь кипит. Рядом со мной Кэрран покрутил головой, вытягивая шею и расправляя плечи.

Лестница закончилась и распахнулась арочная дверь. Я вошла через открытые двери во дворец моего отца.

***

Я ОЖИДАЛА увидеть стерильное монохромное пространство. Я не могла более ошибаться. Пол был выложен плиткой теплого песочного цвета. Внутренний сад с пышной зеленой растительностью, раскинулся по обе стороны от меня на изогнутых, приподнятых клумбах, окаймленный плавно извивающимся прудом, где под листьями лилий плавали жирные ленивые кои. В воздухе стоял аромат лотоса и роз. Крошечные насекомые, голубые, зеленые и рубиново-красные, порхали между цветами, как россыпь невесомых драгоценных камней, небрежно подброшенных горстью в воздух.

В центре сада вращался круглый механизм из золотых и серебряных шестеренок, балансирующий на тонком шипе. Тонкие, как волос, проволочные кольца, обернутые вокруг множества шестеренок. Кольца вращались и вращались, гипнотизируя своей красотой. Вокруг него исходила магия. Какая-то атомная разработка?

Я заставила свой рот двигаться.

— Что это такое?

— Я не знаю, — сказал Лэндон. — Он соорудил его однажды днем по наитию. — Гигантская дверь ждала в другом конце комнаты.

Я потянулась вперед с помощью своих чувств. Вампиры.

У меня задрожали руки. Черт возьми, нет. У меня было двадцать семь лет на подготовку. Я не потеряю все сейчас. Я сделала вдох, медленно выпуская воздух. Мои руки успокоились, пульс замедлился.

— Ты не можешь идти дальше этой двери, — сказал Лэндон Кэррану.

— Хорошо, — сказал он. — Я подожду в дверях.

Мы прошли между цветами, обогнули механизм и остановились перед дверью. Я дотронулась до нее, и она распахнулась. Передо мной простиралась длинная комната, ее белые мраморные стены уходили ввысь. Я стояла на приподнятой дорожке двадцати футов в ширину, она занимала всю длину комнаты, простираясь от двери до противоположной стены. По обе стороны дорожки тянулась траншея, заполненная вампирами. За траншеями по бокам, ожидая, спокойно стояли мужчины и женщины. Двор моего отца.

Дорожка заканчивалась возвышением, в самом центре которого, на троне, образованном телами змей, вырезанных из блестящего белого камня, сидел мой отец. Он был одет в белое.