Он сократил расстояние между нами. Его руки сомкнулись вокруг меня, одна легла на мою спину, другая прижалась к изгибу чуть выше задницы. Он притянул меня к себе. Мои груди коснулись мускулистой груди, а ноги уперлись в мускулистые бедра, его твердая длина прижалась к моему животу. Я оказалась в его объятиях, как в ловушке. Его тело заключило меня в клетку, в которой я едва могла пошевелиться.

Включившийся инстинкт самосохранения кричал мне бежать. Мои глаза расширились, дыхание участилось, каждый подъем моей груди прижимал мои соски к нему. Мое тело напряглось, как перед боем, мышцы налились в предвкушении, когда я вдохнула его знакомый и соблазнительный запах. Он говорил «Кэрран». Мужчина. Секс. Похоть вспыхнула во мне, как хорошо разведенный огонь.

Он погладил мою задницу, прижимая меня ближе к себе. Узкая хищная улыбка осветила его лицо. Он поймал меня. Я принадлежала ему, и он был полон решимости насладиться каждой секундой. Крошечная искра инстинктивной тревоги вспыхнула во мне и смешалась с непреодолимой потребностью обладать им, словно специя, добавляющие остроты в блюдо. По мне распространилось нуждающееся тепло, превращаясь во влажный жар между ног.

— М-м-м, — произнес он. — Кейт Дэниелс, великая и могущественная.

Я вздернула подбородок и спросила с вызовом:

— Что я могу для вас сделать, Ваше величество?

Он ухмыльнулся безумной дикой улыбкой и поцеловал меня. Его рот накрыл мой, обжигая меня губами и крадя дыхание. Мы соединились, и чистое возбуждение от этого контакта отозвалось во мне электризующим порывом. Страх перед последствиями притязания и воспоминаниями о Мишмаре, который засел у меня в голове, как темный рваный саван, исчез, уничтоженный приливом похоти, потребности и любви.

Кэрран зарылся рукой в мои волосы, притягивая меня ближе. Мое тело вытянулось по стойке смирно, будто я спала целую вечность и внезапно проснулась. Мне нравилось, как он целовал меня. Мне нравилось, какой он на вкус. Его язык проник в мой рот, овладевая, соблазняя, втягивая меня все глубже и глубже. Я так сильно любила его. Я любила его больше, чем могла бы выразить словами. Я обняла его и поцеловала в ответ. Я люблю тебя. Я хочу тебя.

Мы оторвались друг от друга. Он издал низкий мужской рык, нечто среднее между счастливым полурычанием хищника, поймавшего свою добычу, и глубоким смешком мужчины, уверенного, что ему сейчас дадут.

— Я скажу тебе, что ты можешь для меня сделать, — прорычал он. — Лучше, я тебе покажу.

Мое дыхание вырывалось неровными вздохами. Мои соски затвердели. Я хотела, чтобы он оказался во мне немедленно.