– Мне жаль, Эванджелина. – Голос Тиберия ожесточился, а его руки настолько крепко сжали раскаленное железо, что побелели костяшки пальцев. – Судя по выражению твоего лица, я предполагаю, что ты знаешь про Протекторат. Поэтому понимаешь, что я должен сделать и почему.
– Нет, – ответила Эванджелина. – Я не понимаю, как ты можешь убить кого-то из-за истории, искаженной проклятием. Твой брат поведал мне, что существует две разные версии. В одном, Доблести…
– Неважно, какая версия истории правдива! – На его челюсти заиграли желваки. – Арка Доблестей не может быть открыта, поэтому ты должна умереть. Я понял это, как только увидел твои волосы. Ты – предсказанный пророчеством ключ. Ты была рождена, чтобы открыть ее. – Тиберий снова поднял железо, поднеся его опасно близко к ее коже.
У Эванджелины перехватило дыхание.
У нее оставалось все меньше шансов отговорить его от этого.
Пот струйками скатывался по его лбу и падал на разбитое стекло возле сапог. Но она смотрела на другое стекло, на почти пустой стеклянный флакон в руке Тиберия. Он почти допил противоядие. Не похоже, чтобы Сыворотка Истины разрушила чары Марисоль, но Эванджелина задавалась вопросом, не проявляются ли побочные эффекты зелья: усталость, ухудшение способности принимать решения и здраво мыслить, головокружение, неспособность лгать и желание раскрыть все невысказанные истины.
Тиберий определенно не мог лгать, иначе не сказал бы ей, что не верит в ее виновность. Возможно, если она надавит на него достаточно сильно, то вынудит его каким-то образом признаться стражникам в правде. Или, наконец, заставит его рассказать, в чем заключалась суть пророчества. Тогда, возможно, ей удастся доказать, что она не та девушка из пророчества. Может быть, это просто совпадение, что она похожа на ту девушку.
– По крайней мере, скажи мне, что говорится в пророчестве об Арке Доблестей. Если ты собираешься убить меня, думая, что там упоминается обо мне, разве я не заслуживаю знать правду?
Тиберий взболтнул синие остатки во флаконе, казалось, разрываясь между выпивкой, разговором или прекращением всего этого прямо сейчас. Но ее теория о побочных эффектах противоядия, должно быть, оказалась верна. Он, похоже, не мог удержаться от раскрытия секретов. Через мгновение он начал декламировать:
–