— Зачем весь этот лабиринт? — прошептала я. — В коридоре нет ни одной двери… Мне кажется, что мы ходим кругами.

— Наверное. — согласился Рик. — Самое смешное будет, если мы опять окажемся в холле, вынырнув из другого прохода!

Я невольно хихикнула, на миг представив себе такую возможность, и наши изумленные лица в случае, если это окажется правдой.

Неожиданно перед нами появился черный проем. Комната.

Мы остановились на пороге. Я медленно втянула в себя спертый воздух, пахнущий плесенью.

— Пойдем! — Рик потянул меня за руку и шагнул внутрь.

Я сделала шаг за ним, снова остановилась и осмотрелась. Помещение никогда не служило чьим-то жилищем, это было заметно сразу. Возле стен, выложенных гладкой кафельной плиткой, располагался ряд стеклянных шкафов, в половине из них двери были разбиты. Металлические столы, находящиеся в центре, вызывали неприятные ассоциации, почему-то напоминая помещения моргов, неоднократно увиденные мной в фильмах ужасов.

— Это что, больница? — вслух подумала я, скользя рассеянным взглядом по гладким стенам, отражающим свет.

— Скорее, лаборатория! — ответил Рик, рассматривая непонятные предметы, лежащие на одном из столов.

Пол был усеян битым стеклом, противно хрустящим под подошвами ботинок.

Я заметила странный металлический предмет, стоящий на пыльном подоконнике и протянула к нему руку. Он напоминал небольшую шкатулку. Захотелось открыть крышку и посмотреть, что внутри.

— Лекс! Ничего не трогай! Мы не знаем, что здесь было.

Его голос, резко раздавшийся в пустой комнате, заставил невольно вздрогнуть. Я с сожалением убрала пальцы от странного предмета и снова обвела взглядом помещение. Зря мы сюда пришли. Ни одного воспоминания не возникло в мозгу, словно я вижу все это первый раз в жизни. Хотя, может быть так оно и есть. Не знаю…

Рик выдвинул один из ящиков стола, и принялся что-то рассматривать там. Я грустно вздохнула. Мне уже ничего не хотелось, только поскорее убраться отсюда.

Мой взгляд привлек небольшой стенд, одиноко висящий в углу. На нем, придерживаемые черными круглыми магнитами, висели клочки пожелтевшей от времени бумаги. Интересно, что там? Я подошла ближе, и помня, что нельзя ничего трогать руками, принялась внимательно рассматривать надписи, сделанные на тетрадных страницах. Взгляд метался от одного листа к другому, но я ничего не могла понять. Латынь.

— Вот черт! — с досадой выругалась я. — Зачем надо было все шифровать? Чтобы никто ничего не прочитал?

— Скорее всего, именно так! — раздался за спиной голос Рика.

Он неслышно подошел сзади и сейчас стоял, сосредоточенно разглядывая стенд, освещая его ярким лучом фонарика.