Кросби сунул руку в сумку и вслепую пошарил в ней.

– А вот и она! – победно произнес он, вынимая Сферу.

В лучах магических огоньков она переливалась и сверкала. Казалось, артефакт вибрирует, вбирая общее напряжение.

– Дяденька, я ни сном ни духом! – стала открещиваться Филиппа. – Оно само. Или подбросили. Враги.

– Заткнись, – небрежно бросил Оуэн.

«У-у-у-у!» – возразил ему цхерк. Запевку многоголосьем поддержали его приятели. Раздался мужской вопль. Кто-то из тех, кто отправился на поиск мешка, нашёл не мешок. В свете магических светильников тонкая грань между сумерками и темнотой растаяла незаметно. Беннет нехорошо ухмыльнулся.

– Убей его, – приказал он Ровняле, показывая на графа.

Но тот не шевельнул и пальцем. Ни единый мускул не дрогнул на невозмутимом лице.

Кросби наблюдал эту сцену, сложив руки на груди.

– Всё дело в деньгах, дорогой мой неудачник Беннет. В расход его! – скомандовал Ровняле Оуэн, и в одно неуловимое мгновение метательный нож рассек горло Чейза. Тот закашлялся кровью, безуспешно пытаясь зажать рукой рану.

– Собаке собачья смерть, – выдал граф. – Девчонку, – он обратился к Ровняле, – и этого, – Оуэн показал на меня своим людям, – на алтарь. У нас мало времени.

И поспешил к черной кляксе на земле.

Из зарослей сада как по команде, с воем, рычание и шипением на воинов Кросби набросилась нечисть. Только трое бойцов с арбалетами остались охранять моих спутников, остальные оказались втянуты в схватку. Оуэн пёр вперёд, ни на что не обращая внимания, и пара воинов тащили меня следом. Филиппа болталась у Ровнялы подмышкой и отчаянно пахала землю носками сапог. Когда мы достигли чёрного пятна, я понял, что это действительно алтарь. Полированная каменная поверхность была изрезана символами, и лишь кочки мха и каменное крошево местами скрывали это великолепие от случайного взгляда.

– Подчинение! – он сломал пальцами деревянный резной артефакт, и сизое облачко окутало тех, кто стоял на платформе.

Хватка на локтях ослабла. Голову немного повело, и я слегка расфокусировал взгляд на лице Филиппы, будто на меня подействовало. Она пыталась противостоять магии, но в какой-то момент сломалась. Или сделала вид, как и я.

– Протяните руки, – велел Кросби усиленным магией голосом. – Люблю работать с живым материалом, – поделился он. – А то эти пузыречки-баночки… Никакого удовольствия!

Он вынул старинный ритуальный кинжал, украшенный резьбой, и одним росчерком полоснул наши с Филиппой запястья. Я даже не заметил боли в этот момент, настолько острым было лезвие. Струйка крови потекла на шар. В глубине сферы хрусталь замутился. Багровый туман с алыми молнийками внутри расползался из центра к краям. Я чуть наклонил руку, так, чтобы кровь затекла и на ладонь, и пальцы полыхнули активированным заклинанием. Я сбросил с предплечий ладони заторможенных конвоиров и швырнул сгусток магического огня прямо в Кросби.