Ее взгляд был ясным, а голос твердым.

— Он этого не делал.

— Я знаю. Коннор не такой. Но ты не смогла бы этого доказать. Все определяющие его алиби основывались на показаниях его сотрудников и тебя. Они зависели от него своими средствами к существованию. Он был их кредитором и каждая их закладная, каждый счет кредитной карты зависел от него, потому что ему нравилось защищать своих людей от внешних манипуляций. А ты? Ты любишь его. Ради него ты готова на все, даже на ложь. Ты знала, что тебе не поверят. Ты пыталась найти Роберта Меррита, но он растворился в воздухе. Время от времени он звонил тебе, чтобы подразнить и намекнуть на компенсацию, но ничего конкретного не было. Никаких требований денег. Никаких объяснений почему.

— Он был призраком, — сказала Невада. — Я бросила все силы на его поиски. Весь отряд Рогана искал его. Никто не смог найти Меррита, даже Баг.

— В тот день, когда ты упала в обморок, он позвонил тебе и пообещал выпустить первое видео через неделю. Ты знала, что не сможешь остановить это. Ты знала, что если будешь рядом с Коннором, пресса изобразит тебя мерзкой, ужасной женщиной, которая поддерживает чудовище. Меррит сказал тебе, что во время дачи показаний он обвинит тебя. Он расскажет всем, что ты знаешь о том, чем занимается Коннор, и поощряешь это. Ты стала бы изгоем. Наше общество презирает мужчин-преступников, но женщин разрывает на куски. Как женщины, мы должны воспитывать, заботиться и защищать детей, а не позволять другим охотиться на них.

Лицо Невады стало изможденным и измученным, словно призрак какой-то другой женщины поселился на ее лице. Это продолжалось лишь на долю вздоха, но видеть такое было все равно, что быть растерзанной. Должно быть, это было так ужасно, и она держала все это в себе, пытаясь спасти его, пытаясь удержать нас от этого. Прошло уже больше полутора лет, а рана все еще не зажила, и теперь я снова открыла ее. Я была ужасным человеком.

— Откуда ты знаешь? — спросила Невада.

— Я дойду до этого. У тебя был выбор. Ты могла встать рядом с Коннором и держаться его, отправив нашу семью в канаву. Мы бы не оправились от чего-то подобного. Ты была главой нашего Дома, и никто ничего о нас не знал. Люди стали бы задавать вопросы. Как много мы знаем? Участвовали ли мы в этом? Мы что, сорвались с катушек? Мы что, зарабатываем деньги на страданиях людей? Ты могла остаться с человеком, которого любишь, и смотреть, как вся семья Бейлор сгорает вместе с тобой, или ты могла бросить Коннора и публично разорвать все связи с Домом Роганов. Он ведь велел тебе так поступить, не так ли?