Никто не произнес ни слова.

Молчание затянулось.

Коннор посмотрел на Неваду и указал на ящик с инструментами, все еще висевший в воздухе.

Невада выпрямилась.

— Привет, дорогой. Помнишь, как мы переживали, что у нашего сына нет магии? Хорошие новости, нам больше не о чем беспокоиться.

Вся семья собралась на кухне, за исключением Леона и Алессандро, которые присоединились к Патриции и команде охраны, чтобы прочесать территорию. Она попросила Леона, а Алессандро сам вызвался. Регина собралась осмотреть паука, и теперь металлические и электронные обломки лежали на столе под ярким светом. Берн сидел напротив нее, поглощенный своим ноутбуком и множеством камер слежения и сенсоров. Коннор левитировал три мягких кресла из большой комнаты. Невада заняла одно, бабуля Фрида другое, а третье осталось пустым, потому что мама не могла усидеть на месте и продолжала делать круги вокруг островка. Я тоже не могла усидеть на месте.

Арабелла принесла нам с Руной две пары шорт «Найк».

— Очевидно, я здесь единственная, кто заботится о благопристойности.

Это было уже слишком.

— Ты носишь шорты, из которых вылезает половина задницы.

Арабелла сморщила нос.

— Ключевое слово здесь «шорты». У вас двоих их нет. Не вините меня за эмоциональную неустойчивость. Шлюхи.

— О, повзрослей. — Бабуля Фрида подняла голову от ведра с блевотиной. Руна нейтрализовала яд, разрушив его, но побочные продукты вызвали тошноту.

— Почему бы тебе не прилечь? — спросила мама.

Бабулю Фриду вырвало, и она зло посмотрела на маму.

— Я не хочу ложиться. Я хочу быть там, где происходит действие.

У мамы дернулся левый глаз. Она хлопнула по нему ладонью.

Я наклонилась, чтобы посмотреть через плечо Берна на стол. Регина рассматривала механическую паучью лапку, единственный узнаваемый остаток паука.

— Что думаете? — спросила я.