— Глупый план какой-то, — сказал Леон. — Во-первых, он указывает прямо на Шерил.

— Она плохо соображает, — сказала я ему.

— Во-вторых, если Каталина умрет в разгар всего этого, придется расплачиваться. Мы объявим войну дому Кастеллано.

— Как и Дом Рогана, — сказал Коннор.

— Да, — кивнул Леон. — Дом Монтгомери пошел бы на нее войной. Линус Дункан пойдет воевать с ней.

— И Национальная Ассамблея потеряет свое дерьмо, если Каталина умрет, — закончила Руна. — Учитывая, что Каталина зам… — она прикрыла рот рукой.

О нет.

Невада наклонилась вперед, нацеливаясь на меня.

— Каталина, почему Национальная Ассамблея должна потерять свое дерьмо?

Лицо Коннора вытянулось.

— Я собираюсь убить его.

— Это будет довольно трудно. — Голос Алессандро был холоден. Выражение его лица стало расчетливым. Опасная тьма заполнила его глаза, и глубоко в его радужной оболочке тлела магия, ожидая, вырваться из ада. Ремесленник вернулся.

В комнате произошло неуловимое движение. Моя семья поняла, что среди них есть хищник, и они быстро перестроились, чтобы встретить новую угрозу.

— И почему же? — В голосе Коннора не было никаких эмоций.

— Потому что он Линус Дункан. Более того, если вы нападете на Смотрителя, его заместитель будет защищать его до самой смерти, а я поклялся защищать ее.

— Что, черт возьми, происходит? — спросил Леон. — Может, мы все просто опустим это на одну-две ступеньки, потому что я действительно не хочу никого убивать прямо сейчас.

Патриция уставилась на меня.

— Вы заместитель Смотрителя Техаса. — Это был не вопрос.

Я приземлилась на мягкое сиденье и посмотрела на Руну.

— Мне очень жаль! — Она замахала руками. — Я эмоционально неустойчива!