мне место любовницы, пока Драмиэль не ввел меня в род. Ты ведь с

самого начала знал, что я твоя истинная. Знал и молчал! Не хотел

связываться с простолюдинкой.

От обиды на глазах выступили слезы.

Я хотела отвернуться, но Айзен внезапно притянул меня к себе.

Его лицо будто закаменело, взгляд стал суровым и жестким. В этот миг

он до ужаса стал похож на отца.

– Не смей так говорить! Мне неважно, из какой ты семьи. Но это

важно всему королевству. Будь ты хоть простолюдинкой, хоть

принцессой – моему дракону все равно. А его желания для меня

важнее чужих ожиданий.

Я покачала головой:

– Вот именно! Давай называть вещи своими именами. Твой

дракон, точнее ты, захотел меня. Истинная пара? Отлично!

Простолюдинка? Плевать, подойдет на роль любовницы. Ох, племянница ректора? А, ну тогда можно и публично объявить своей

парой.

Сейчас я высказывала то, что не успела высказать в день бала.

Всю неделю носила это в себе. Обдумывала, сопоставляла, бесилась. И

сейчас, глядя в глаза Айзена, понимала, что оказалась права.

– Таша, перестань, – он поморщился. – Признаю, я поступил

отвратительно. Но давай ты не будешь наказывать меня за это всю

оставшуюся жизнь?

Смерив его ледяным взглядом, я процедила:

– Подумаю.

На его лице появилась улыбка.

– Моя боевая пташка, – он прижал меня к себе. – Люблю, когда ты

топорщишь перышки.

Это заставило меня нервно оглянуться. Не слышал ли кто-то, как

Айзен меня назвал?

И как назло, снова наткнулась на Эльзу. Она стояла у соседнего

стола и сверлила меня враждебным взглядом.

– Слушай, что она здесь делает? – спросила я Айзена.

Заметив взгляд принца, Эльза церемонно присела. Причем так, чтобы продемонстрировать глубокое декольте, грациозный изгиб шеи

и узкие плечи.

– Розалина выполняет приказ отца, – пояснил Айзен, отвечая ей

коротким кивком. – Король велел вызвать эту семейку из Дормервара.

Но зачем – сказать не могу, извини.

– Понимаю, государственная тайна, – хмыкнула я. – Ты ведь и

Эльзу выбрал в невесты, чтобы держать при себе. Но нам с ней еще

три года учиться, а она, похоже, уже меня ненавидит.

– Она тебе что-то сделала? – насторожился принц.

– Нет, все нормально. Просто удивилась, увидев ее здесь…

– Точно все хорошо?

– Да.

Ябедничать я не собиралась. Уж с графинькой как-нибудь сама

разберусь.

– А где Эрика? Ее не пригласили?

– Она добилась чего хотела, – усмехнулся Айзен. – И больше не

свободна.

– О чем ты?

– Эрика поступила в младшую гвардию магической защиты

дворца.

В этот момент заиграла знакомая музыка. У принца загорелся

взгляд:

– Потанцуем?

Я усмехнулась:

– Забыл, я танцевать не умею.

– Ну, на балу ты неплохо справилась.

Он подмигнул, а потом схватил меня в охапку и увлек в круг

танцующих.

И почему у меня не выходит на него долго злиться?

Может, потому что в его объятиях моя драконица расцветает? Я

прямо чувствую, как она становится сильнее, как льнет к нему. Как

хочет прижаться, будто кошка, скрутиться клубочком в его руках и

замурлыкать…

Ой, драконы, кажется, не умеют мурлыкать…

– Чему улыбаешься? – спросил Айзен, ведя меня в танце.

Я поняла, что по моим губам и правда гуляет шальная улыбка.

– Не знаю, – пожала плечами. – Просто мне сейчас очень хорошо.

Не хочу больше ссориться по пустякам.

– И не надо. Вот увидишь, у нас все будет прекрасно.

Плавная, торжественная мелодия сменилась игривой. Айзен

подхватил меня и закружил. Мы были так близко друг к другу, что я

ощутила жар его тела и биение сердца. Между нами словно вспыхнул

огонь, который окутал нас изнутри и снаружи, заключил в один

пылающий кокон.

Я смотрела в его золотые глаза. Тонула в той нежности, которую

видела там…

И тут под сводами зала прозвучал оглушающий грохот…

***

Дворец содрогнулся, с потолка полетели куски штукатурки.

Одна из стен взорвалась, и град камней разбросал танцующих, словно кегли.

Языки пламени вылетели из дыры, лизнули паркет, и мне в лицо

ударил горячий воздух.

Я инстинктивно вскинула руки, строя защиту. Но Айзен успел

закрыть меня своим телом, а затем рухнул на пол, увлекая меня за

собой…

– Что это? – полетели вопросы со всех сторон. – Что происходит?

Испуганные, встревоженные голоса перемежались с кашлем и

стонами.

– Нападение! – крикнул кто-то.

У меня в ушах гудело. Глаза слезились, в горле першило. Все

вокруг заволокло густым едким дымом, в котором почти ничего не

было видно. Боясь потеряться в этом дыму, я вцепилась в Айзена.

– Таша, – позвал парень. – Таша, ты меня слышишь?

– Что? – еле выдохнула и тут же закашлялась.

Айзен провел пальцами по моему лицу, создавая что-то вроде

щита или маски. Дышать стало легче, и резь в глазах уменьшилась.

– Ты не ранена? – спросил он.

– Вроде нет. А что случилось?