Кайлан стер с лица ихор, стряхнул его с рук на землю, а позже и остальная субстанция стекла к его ногам, застыв темной лужей. В любимых глазах исчезла тьма, но ее больше не заменяла коричневая радужка и всплеск золотых крапинок – в них поселился огонь Повелителя Ада, уничтожающий все живое.

Сама не помню, как разревелась, как слезы залили щеки, градом срываясь с подбородка.

В Кайлане не осталась ничего, что я любила.

Вместо задиристой улыбки проступила скупая ухмылка, а вечно нахмуренный лоб безмятежно разгладился.

Передо мной стоял незнакомец. Отчужденный, грозный и абсолютно невозмутимый. Заметив меня в крепких руках Аваддона, он склонил голову набок, пытаясь понять, что испытывает ко мне. Но тут же выпрямился, точно я была пустым местом.

– Верни Азазеля и Софию, – твердо потребовал Астарот, помогая матери подняться.

Лилит безмолвно плакала, наблюдая, как бездна Тьмы отняла еще одного сына.

Он остался жив. Стоял возле нас. Но Кайлана Ле Селье, Асмодея, Повелителя Похоти больше не существовало.

Хотелось кричать и по-детски топать ногами от несправедливости, но я сдерживалась ради общего блага.

Стоявшее перед нами существо излучало первозданную опасность, и я не желала провоцировать непредсказуемого хищника.

– Ты обещал! – вновь попытался достучаться до него Повелитель Войны, и в этот раз ему улыбнулась удача.

Нам.

– Аз… – холодно вымолвил Кайлан, хотя язык даже мысленно отказывался даровать новому Повелителю Ада дорогое душе имя.

Во мне воспела надежда, когда адское пламя погасло в его глазах, сделав их привычно карими.

В тех мгновениях я до сих пор купаюсь перед сном, как в обезболивающем бальзаме, слепо веря, что когда-то Кайлан сможет победить поселившуюся в нем Бездну и вернуться.

Но обнадеживающий миг продлился недолго. Кайлан развел руки в стороны, позволив магии охватить его ладони оранжевыми всполохами, а после послал лавину пламени в Оманкс.

Встретившийся с водой огонь зашипел, оборачиваясь облаком пара, а когда развеялся, на поляне появились двое. И тут спину прошиб холодный пот. Если бы Аваддон не удерживал меня, я бы рухнула на землю.

Рядом с новым Дьяволом держались за руки София и Азазель. Повелитель Хвори гладил возлюбленную по щеке и смотрел на нее так, будто не мог надышаться.