Рассказывали, что кто-то даже купался той ночью в ледяной Волге, но мы этот момент пропустили, потому что среди всей разношерстной толпы нашли вдруг странного сутулого парня, с головы и до ног покрытого татуировками. И сбежали с ним с собственной свадьбы. Вы ничего не подумайте, сбежали мы к нему в студию. Втроем. Там он сделал нам с Серегой одинаковые татуировки на щиколотках.

Кто это придумал, не помню. Честно. Вероятно, была не со всем трезва от любви и количества выпитого. Мы сидели с Серегой на столе и целовались, так было проще терпеть боль. А утром я проснулась и обнаружила на коже ноги рисунок в виде кардиограммы: длинная кривая с неровными пляшущими зубцами, в конце завивающимися в сердечко. Какая пошлость!

Но довольно милая. Тем более такая же татуировка теперь имелась и у моего мужа.

Мужа!

Я готова была повторять это слово постоянно. И первые полгода совместной жизни, пока мы доучивались и обустраивали наше гнездышко, были непрекращающимся весельем. Настоящей сказкой. Мы привыкали к новым нам и заново узнавали друг друга.

Да, Серега сильно изменился. То, что он пережил на войне… Он не любил об этом рассказывать, но я видела отпечаток тех событий в каждом его слове и действии. Донских стал жестче, циничнее, хладнокровнее. Пытался с пользой прожить каждую минуту, все чаще говорил о ценности семьи, мечтал о детях, но нельзя было не заметить, что в его отношении ко мне появились повелительный тон и нетерпимость.

Желание подчинить меня своей воле и мое сопротивление этому на втором году совместной жизни сделали его нервным и злым. У Сереги были совершенно четкие планы: подняться по карьерной лестнице, обзавестись домом и детьми. И в эту схему никак не вписывался наш новый жизненный ритм.

Адская оперативная работа высасывала из него все соки. Он приезжал домой с суток, падал рядом со мной лицом в подушку и засыпал. Во сне вскрикивал, стонал, ругался и размахивал руками. Мне приходилось полночи гладить его, успокаивать, уворачиваться от случайных ударов, а утром усталой и не выспавшейся топать на работу, где тоже нужно было завоевывать свое место под солнцем.

Серега просыпался и уходил на службу, а я возвращалась домой. Иногда нам удавалось сталкиваться в дверях. Но чаще мы могли не видеться по несколько дней. Бывали и случаи, когда запланированный семейный отдых вдруг нарушал звонок с работы, и он был вынужден уехать, подчиняясь приказу начальства. Почти замкнутый круг.

Это все на первых порах вызывало небольшие недопонимания и обиды, но позже переросло в настоящие конфликты. Мы отдалялись.