Она чувствовала присутствие Лайла за спиной, и ее прежняя неуверенность в себе вновь всплыла наружу. Мейси осознала, что произносит слова, которых не планировала говорить:

– Ты права. Думаю, Берди и дедушке пойдет на пользу возвращение к нормальному ходу жизни. Дай мне знать, если тебе понадобится помощь с упаковкой вещей.

Джорджия ничем не выдала, что уязвлена, и все же Мейси ощутила укол вины. Она ожидала, что Джорджия что-нибудь ответит на ее слова, пропитанные ядом и нацеленные в самое уязвимое место. Но сестра промолчала, и Мейси подумала: может быть, одна из нас, наконец, повзрослела.

Джорджия повернулась к Кэролайн, хотя было ясно, что обращается она к Джеймсу:

– Наверное, мы еще увидимся, прежде чем я уеду, но если вдруг не увидимся… я хочу сказать, что была очень рада с вами познакомиться. У меня есть ваш электронный адрес. Я пришлю вам отчет с оценкой сервиза через пару недель.

Она слегка повернулась к Джеймсу, все еще не глядя ему в глаза.

– Я полагаю, вам лучше лететь обратно в Нью-Йорк с сестрой вместо того, чтобы ехать со мной на машине в Новый Орлеан. Если мы узнаем что-нибудь новое об истории фарфора, я сообщу.

Впервые за несколько недель Мейси увидела на лице Джеймса злость.

– И все? – спросил он, делая шаг к Джорджии и вынуждая ее встретиться с ним взглядом. – Просто «пока, я вам напишу»?

– Джеймс, сейчас не время и не место…

– Что, собираетесь мне позвонить? У вас записан мой номер в мобильнике?

Джорджия открыла рот, чтобы ответить, но Джеймс с горечью проговорил:

– Не трудитесь. И все же, знаете ли, я благодарен вам за то, что вы позволили мне сюда приехать. Эти несколько недель мне на многое открыли глаза – и не только на увлекательный мир лиможского фарфора. А больше всего я благодарен вам за то, что вы помогли мне понять: я не самый эмоционально искалеченный человек из всех, кого я знаю. Я, по крайней мере, умею просить о помощи.

Он прошел мимо Лайла к двери и, не оборачиваясь, добавил:

– Спокойной всем ночи. Кэролайн, жду тебя на улице.

Дверь закрылась за ним с едва слышным щелчком – в любой ситуации Джеймс оставался джентльменом. Тщательно избегая встречаться с кем-либо взглядом, Джорджия произнесла:

– Я приготовлю ванну для Берди.

Она взбежала вверх по лестнице, и через несколько секунд они услышали, как в трубах старого дома зашумела вода.

– Я, пожалуй, пойду, – сказала Кэролайн. Она подошла к Мейси и отдала ей чашку. – Пожалуйста, передайте ее Джорджии. Не уверена, кому она больше принадлежит. – Понизив голос, она добавила: – И Джеймсу это даст повод ей позвонить.