— Поправь, если ошибаюсь. Договориться со мной пытаешься?
— Почему нет? — Возмущенно пожала плечами Спирина. А потом вовсе уперлась ладошками в его грудь, пытаясь оттолкнуть. — Ты двигаться-то собираешься, или дальше будем обниматься? Так ведь и породниться не долго, Давыдов!
Герман сильнее стиснул зубы, сдерживая рвущийся наружу рык. Все же сделал крошечный полушаг назад. Его глаза метали молнии, хоть сам он и старался выглядеть спокойным. Хотя бы внешне.
— Ты меня пугаешь. Нет, серьезно. В твои-то годы не знать, откуда дети берутся! Сразу видно, деревня деревней. Хотя, поговаривают, что провинциальные девушки, те еще шл*шки! Доступные, жуть! Так ведь, Лера?
Она дернулась от его слов, словно наотмашь ее ударили. Боже, а каким взглядом окатила. Показалось, или глаза заблестели от еле сдерживаемых слез. Но Лера улыбнулась. Хоть и наиграно, через силу, но все же…
— Если мое мнение интересует, везде хватает любителей свободных отношений. Но, что-то подсказывает, что это не вопрос, а утверждение. Утверждение, которое распространяется и…на меня.
Произнесла, и точно сдулась. Даже плечики поникли.
— Весьма проницательно. Правда. Считал тебя глупее.
— Спасибо.
— Спасибо?
— Угу, — отвернулась, пытаясь скрыть от него скатившуюся по щеке слезу. Только вот…он увидел. Увидел, и застыл, как вкопанный. Внутри что-то вдребезги разбилось, от этого зрелища. По оголенному нерву царапнуло. За живое задело. Сжалось в тугой комок, и не отпускало.
Уже сожалея о своей несдержанности, Герман попытался развернуть девушку к себе лицом:
— Лера, ты извини. Я…
Внезапно она оттолкнула его. Причем с такой силой, что мужчина реально опешил. Отлетел на несколько шагов. Еле равновесие удержал.
— С ума сошла? — Рявкнул, не узнавая своего голоса. — И откуда в тебе столько силы взялось?!
— А кто сказал, что это сила, Давыдов? Разве не видишь, в моих глазах отчаяние?
— Сейчас я покажу тебе, что такое…отчаяние! — Двинулся вновь в ее сторону.
— Не подходи! Рискуешь испачкаться!