Когда я умытая и более или менее успокоившаяся спустилась в гостиную, Кевин и его подруга уже сидели за столом. Муж поставил передо мной широкий стакан, наполненный льдом, и плеснул туда виски.

Замотав головой, я отодвинула его.

— Пей, я сказал. Надо.

Не думая, опустошила в один глоток, закашлялась, на глазах выступили слёзы.

— Так что там случилось? — выждав несколько минут, спросил Кевин.

Мне пришлось рассказать всё с самого начала. Как я нашла нестыковки в финансовом отчете, встретила Олега, не зная, что он и был тем самым финансовым директором, которого я подозревала в махинациях. На вопросительный взгляд Рэйн Кевин объяснил, что нас связывает с Олегом, и от сочувственного вздоха женщины снова захотелось расплакаться. Сдержалась. Пришлось, краснея, признаться в перешедших в другую стадию наших с Марком отношениях и о том унизительном финале, когда оба мужчины обвинили меня в мошенничестве и лжи.

Кевин внимательно слушал, мрачный, как туча.

— Господи, Мила, — Рэйн взяла меня за руку, — какой неожиданный поворот.

— Совсем не в ту сторону, что я ожидал, — добавил муж. — Но ничего, я еще проучу этих идиотов. И того, и другого.

— Марк-то причём? Он же не знал... — осторожно проронила Рэйн.

— Вот именно поэтому и схлопотал. Если есть к женщине чувства, то прежде чем укорять и обвинять, нужно сначала выяснить обстоятельства, разобраться. По-хорошему это он должен был вмазать Олегу, а не я. Он должен был защитить Милу, а уж потом задавать вопросы. Ну ничего, походит пару недель с фингалом.

— Ты ударил его?! — ахнула женщина.

Кевин только загадочно промолчал.

* * *

Оба мужчины, похожие на взъерошенных петухов, сидели на стульях, а Ирина металась между ними, прикладывая влажные салфетки то к разбитому носу Олега, то к заплывшему глазу Марка. Губы ее дрожали, а тушь черными струйками стекала по лицу.

— Мам, да отстань ты... — отпихнул руку, кивнул на Олега. — Своему лучше слюни подотри.

— Я это так просто не оставлю, — просипел Олег, с возмущением мотая головой и разбрызгивая кровь. — С какой стати я получил увечья? Ира, ну что ты стоишь, почему еще не приехала полиция?

— О, господи, — Марк закатил глаза. — Какая полиция, придурок? Сопли подотри.

— Марк, ну что ты, Олежек прав. Твой отец избил моего мужа. До крови. И тебя, между прочим, тоже. Это просто уму непостижимо! И из-за чего? Неужели из-за этой... хм.