— Ты прав, не входит. Но всё равно это невежливо, — состроила кислую гримасу Берна.

Только чудом грёбанная ручка в моей ручке осталась целой!

— Да ладно тебе, — вмешался в разговор её брат. — Меня тоже не пригласили, что уж теперь? Помнится, на свадьбу с Элиф ты сама не захотела идти в своё время, — упрекнул.

— Ну, так это Элиф, а тут… — замолчала, и я поймала её задумчивый взгляд на себе. — Мы с Элиф совсем не ладим, так что у нас с тобой, Аида, вероятно, есть кое-что общее, — обратилась ко непосредственно ко мне. — Ты ведь не против, если я на “ты”? Ты, ведь, кажется, из Европы, а значит, не как эти все, — махнула куда-то в неопределённом направлении. — Я очень надеюсь!

Да с такой беззаботной улыбкой, что я почти поверила — все мои мысленные стенания и психоз… просто психоз.

Ну, мало ли у Алихана знакомых женского пола.

Дениз я тоже по-началу невзлюбила.

— Да. Вполне, — нашла в себе силы отреагировать такой же беззаботной улыбкой. — Можно.

Не меньше усилий мне понадобилось, чтобы не поинтересоваться в ответ о причине, по которой она с Элиф не ладит. Оставила это на потом. Следующие пару минут я посвятила тому, чтобы закончить со своей основной проблемой, которая — подписать бумаги поскорее. И почти порадовалась, что в скором времени в любом случае избавлюсь от общества семейства Языджи, однако…

— Оставшиеся приложения к договору подпишем после того, как деньги будут переведены на мой счёт, — поставил перед фактом господин Языджи. — Прямо там, на месте. Сегодня я отбываю на верфь. Проведу на ней оставшиеся две недели, хочу закончить кое-что, пока право собственности ещё остаётся за мной. Пришлю за вами вертолёт. Дороги размыло, надеюсь, к этому времени восстановят, но вряд ли.

Меня замутило от одной мысли о том, что придётся подняться в воздух. Хорошо, принимать решение по этому поводу прямо сейчас совсем не требовалось. Покинув кабинет, мы поднялись на второй этаж. Благодаря прошедшему аукциону, было продано всё. В течение ближайших двух дней планировалось закончить в бумажной волокитой по сопровождению проведённых сделок, после чего лоты должны отправиться к своим новым владельцам. Господин Языджи в самом деле оказался настоящим ценителем, знал и рассказывал многое, исходя из того, что представало пред его глазами. Вот только, ко всему прочему, он, похоже, ещё и малость скряга, поскольку, лично он в итоге вчерашним вечером не приобрёл вообще ни одного лота.

— Я всё понимаю, но это же целое состояние! — жаловался он Алихану на того, кто перебил его последнюю ставку.