— Мне все равно, что тебе нравится или не нравится. И я не обязана тебе ничего объяснять. Что-либо.

Его глаза горят. Медленное, ровное постукивание его пальцев по подлокотнику кресла продолжается.

— Ты должна сказать мне правду, воришка. Как-никак, ты обещала мне это.

— Это ты покинул номер мотеля, а не я.

Глаза Киллиана вспыхивают. На короткое мгновение его пальцы замирают. Затем он выдыхает и возобновляет медленную, размеренную дробь.

Я знаю, что будь я мужчиной, я бы обделалась от страха. Очевидно, Киллиан контролирует свой вспыльчивый характер одной лишь силой воли.

Но я его не боюсь. Это мой дом. Он может вернуться в пещеру, из которой выполз.

— Убирайся.

— Мы уже говорили об этом. Я никуда не уйду, пока ты не скажешь мне, почему ты мне лжешь. — Он прищуривается. — И что ты имела в виду, когда сказала: «Я все поняла». А также, что ты имела в виду, бросив Деклану, что ты умнее, чем я думаю.

— Именно так.