Глаза Рэни сузились. Старушка хряпнула полрюмочки бренди.

– Когда? Как так вышло?

– С Тедом… Тихой сапой, конечно, но тогда впервые я выступала без вас всех. Меня удивило, насколько легко мне это далось.

– С Тедом? С моим Тедом?

– Это зависит от того, скольких Тедов ты знаешь.

– Тедом Фарнсвортом, руководителем оркестра, с которым я начинала.

Элис хлопнула в ладоши.

– В точку!

А потом Мэтти вспомнила о «смазливой певичке», выступавшей вместе с оркестром Теда Фарнсворта. Дедушка Джо, его друзья и большинство пришедших в клуб замерли, прекратив свои занятия, зачарованные ее пением. Как оказалось, это не просто какая-то певичка, нанятая вместо Рэни, а ее подруга по ансамблю, та, которую она считала своей протеже.

– Думаю, мой дедушка видел ваше выступление в тот вечер, – сказала Мэтти, и Элис обернулась на ее голос. – Он говорил, что все в клубе отложили свои дела, чтобы послушать, как вы поете.

– Он так и сказал? – Глаза престарелой знаменитости увлажнились. – Ах! Такие мгновения многое значат для тебя, заставляют поверить, что ты доросла до своей мечты. Я смотрела, как толпа смолкла и слушает меня… А потом мне пришло в голову, что я должна при первой возможности оставить ансамбль и попробовать сама…

– Элис Дэвис! Ах ты хитрая старая лиса! Когда ты собиралась нам сказать? Рико знал?

– Господи! Конечно нет! Я даже в двадцать один год не была настолько безрассудна. Что же до остальных, то я знала, что вместе нам все равно долго не быть, поскольку мы тянули в разные стороны. Я понимала, что разрыв – это всего лишь вопрос времени. Когда ты совершила свое безумное бегство, я поняла, что это мой шанс двигаться вперед. Ты оказала мне услугу, cariad[113].

Рэни покачала головой.

– Нет, нет, не я! Ты могла бы стать международной, а не местной знаменитостью. Если бы наш ансамбль не распался, мы могли бы стать популярней чертова Клиффа Ричарда, пели бы на аренах и когда в Уимблдоне идет дождь…

– Лучше быть гордым лебедем в небольшом пруду, чем маленькой уточкой, гребущей лапками по морю, – речитативом произнесла Элис и прыснула от смеха. – Я сразу же нашла свою нишу. Я не имела права упустить свой шанс. Я – Глория Ханнифорд Долин, как вы знаете, Милашка Брикона… Или как там меня назвали на прошлогоднем фестивале Зеленого человека… а-а-а… да… Золотая Богиня Поуиса. Думаю, я должна тому парню в «Дейли мейл» несколько фунтов за его изобретательность. Дело в том, Рэни, что, если бы ты тогда не сбежала, оставив нас самих бороться за свое будущее, моей карьере уже давным-давно пришел бы конец. Вместо этого я получила все, что хотела, и даже больше: милый дом, признание, постоянную работу и милого приятеля…