— Никлаус-младший?

— Никлаус-младший. Теперь, когда мы совершенно уверены в том, что Энн Бонни — та самая Энн, думаю, можно попытаться его известить.

— А Эмма? — спросил Балетти.

— Скрылась, бесследно исчезла, — пожаловался Джеймс.

Балетти побледнел:

— То есть как — бесследно исчезла?

— Мадам покинула Кубу до того, как мы попали на остров. Больше ее люди ничего сообщить нам не смогли. Я очень огорчен этим, маркиз.

— Вполне возможно, она вернулась в Южную Каролину. Тогда мне придется смириться, — вздохнул тот.

— Давайте займемся Энн и Мери. На этот раз Эмме не спрятаться надолго, нам известны места, где она должна появиться.

— Что верно, то верно. К тому же неприятно думать о том, что Мери осталась во власти этого Рекхема.

Вандерлук расхохотался:

— Да будет вам, маркиз. Она лучше сумеет защитить себя, чем десяток мужчин. Вы ревнуете, только и всего.

— К Рекхему — вот уж точно нет, — возразил Балетти.

— А к Энн?

Балетти нахмурился:

— Не говорите глупостей, Вандерлук.

— Признайтесь: вы же боитесь, что Мери предпочтет остаться с ней, а не с вами!

Балетти потянулся руками к вискам. У него начиналась мигрень.

— Ганс, я хочу, чтобы все это закончилось. Это правда, без нее некая часть меня перестанет существовать.

— Не бойтесь, она вернется.