Крепыш Хью бултыхнулся в воду, подняв кучу брызг. Недостаток в скорости плавания он с лихвой компенсировал шумом: его крики и визг не смолкали, пока Лиони не приплыла назад. Прежде чем выбраться на берег, она покружилась в воде, и волосы расплылись вокруг ее головы, как у пляшущего дервиша. Когда дети вылезли из воды и отряхнулись, Лиони закашлялась. Хью смущенно уставился на нее, но заулыбался, когда кашель прекратился и девочка улыбнулась ему.

– А где Уилф? – спросила Гвен.

– О, он такой зануда. И вообще не любит плавать.

– Пойдем домой и попросим аппу приготовить блины?

– А девочка может… – (Гвен нахмурилась.) – То есть Лиони может пойти с нами?

– Вероятно, только один этот раз.

Хью взял Лиони за руку, она не возражала, и дети понеслись к дому. Гвен смотрела на них, и сердце у нее на миг замерло: она ощутила такое глубокое чувство к этой маленькой девочке, какого до сих пор не испытывала. Глаза ее увлажнились, но тут она увидела спускавшуюся к ней по ступенькам Верити.

– Лоуренс попросил меня передать, что хочет поговорить с тобой в гостиной.

– О чем?

Верити фальшиво улыбнулась:

– Он не сказал.

Гвен поспешила в дом и застала Лоуренса стоящим с зажатой под мышкой газетой. При звуке шагов он обернулся, лицо его ничего не выражало. «Он знает, – успела подумать Гвен во время молчаливой паузы, – и вышвырнет меня из дому». Она окинула взглядом комнату, ища повод для начала разговора.

– Я…

Он перебил ее:

– Я видел Хью вместе с девочкой. Я думал, мы все решили.

Онемев от напряжения, Гвен не сразу нашлась с ответом.

– Прости?

Лоуренс сел и откинулся на спинку дивана:

– Я думал, мы решили, что девочка в доме не останется.