– Здравствуйте, сэр. – Джеймс неуверенно поглядел на отца и добавил: – Мой дядя Джо – член парламента.

– Да ну? Тогда я буду держаться с ним поосторожнее, – сказал Шейми.

– А вы не из проклятых тори? – опасливо спросил Джеймс. – Проклятые тори очень злят дядю Джо.

Фиона выразительно посмотрела на мужа.

– Сколько раз тебе говорила, чтобы попридержал язык при детях, – с упреком прошептала она. – Они же все слышат и запоминают.

Джо смотрел в потолок.

– Понимаю, – ответил сыну Шейми, давясь от смеха. – Ты не волнуйся. Я из лейбористов. Думаю, дядя Джо на меня не рассердится.

– А ты приехал меня забрать? – вдруг горестным тоном спросил Джеймс.

Шейми ясно увидел испуг в глазах сына. Маленький ты страдалец, подумал он. Столько бед выпало на твою душу.

– Нет, Джеймс, – ласково возразил он. – Наоборот, я хотел тебя спросить: можно мне пожить здесь немного? С тобой, тетей Фионой и дядей Джо. Я бы очень хотел остаться, но только если ты не возражаешь.

Личико Джеймса просияло.

– Тетя Фи, можно? – спросил он, поворачиваясь к Фионе. – Можно он у нас останется?

– Конечно можно. Мы приготовим твоему папе комнату и застелим кровать.

Джеймс улыбнулся и сообщил Шейми:

– А мне на Рождество подарили заводную железную дорогу. Хочешь посмотреть?

– Очень хочу.

– Тогда пошли, – сказал Шейми, протягивая ему руку.

Шейми взял сына за руку, и они пошли наверх. Впервые за много месяцев, с того самого дня, как «Эксетер» ушел на дно, он чувствовал радость.

Он радовался, что остался жив.

Радовался возвращению домой.