Оба они все так же тяжело дышали. Джоэл заправил рубашку в брюки, Флора прикрыла ладонью пылающее лицо, и они, пытаясь идти обычным шагом, а не бежать, поспешили по коридору.

Джоэл нашарил в кармане электронный ключ от коттеджа и уже готов был пнуть чертову дверь до того, как загорелся зеленый огонек. Они буквально ввалились внутрь, не говоря ни слова, позволив двери с грохотом захлопнуться за их спинами. Джоэл тут же повернулся к Флоре и с силой прижал ее к стене, а она поняла, что сходит с ума: она просто отрывала пуговицы от его дорогой рубашки, если не могла их расстегнуть, добираясь до его гладкой груди, и сама содрала с себя блузку… Всю их печаль, весь гнев, горе и разочарование нужно было смести прочь, а другого способа они не знали. Джоэл на мгновение замер, глядя на Флору с безумной страстью в глазах, и тут же увлек ее к кровати. И как только она упала на крахмальные простыни, он мгновенно оказался на ней, стаскивая с себя джинсы, и она откликалась с таким же пылом, впиваясь ногтями в его кожу, стремясь к тому, чтобы он стал частью ее самой, не желая его останавливать. Она даже не замечала, что кричит и он, в бешеном возбуждении, отвечает тем же, как будто в них обоих пылал некий очищающий огонь. Флора не знала, любовь это, или ярость, или то и другое вместе… но наконец Джоэл упал на нее, обливаясь потом, задыхаясь, а вокруг на кровати лежали те остатки одежды, которые они не потрудились смахнуть на пол.

Джоэл выругался, что было странным для него, потом перевернулся и лег лицом к стене. Флора старалась совладать с дыханием, чувствуя, как постепенно приходит в норму ее сердце, и смотрела в потолок, пытаясь вернуться на землю… пытаясь не думать: «И что теперь?..»

Наконец Флора решила встать и пойти в ванную комнату. Джоэл все так же не шевелился. Она не прикоснулась к нему, не заговорила с ним, его широкая спина неподвижно лежала рядом на постели. Но когда Флора встала, Джоэл дернулся.

Она обернулась.

– Вернись в постель.

Он произнес это тихо, почти неслышно. Их настроение полностью изменилось, словно они растеряли всю свою энергию.

Флора моргнула. Джоэл все так же лежал лицом к стене.

Она молчала. Где-то снаружи отчаянно блеял потерявшийся ягненок, искавший свою мать.

Джоэл все еще не поворачивался.

– Ладно, – наконец сказал он.

Флора уставилась на его затылок.

Джоэл тяжело вздохнул. И когда заговорил, его голос звучал низко и ровно.

– Мне тогда было четыре года. Мой отец… Когда мне было четыре, мой отец убил мою мать. Прямо у меня на глазах. Он и меня тоже убил бы, но моя мать… Она закричала и подбежала к двери. Везде были кровь и крики, а он пытался скрыться…