— Да, Эллис, это твой стол из Карлбриджа, и кресло, и книжный шкаф, и вся твоя одежда. Но ее соседство не должно тебя смущать, когда ты будешь здесь работать.

— Но как?.. — тебе явно хотелось снова присесть и желательно там же, где ты резко остановилась, оцепенев на месте соляным столбом, в двух шагах от открытых дверей кабинета. — Ты… вломился в нашу квартиру?

Ты не успела прийти в себя после осмысления первого информационного удара, как тебя приложило последующим действием со стороны хозяина квартиры. Как ни в чем не бывало, одной из своих степенных походок, подошел к столу у окна и включил ТВОЙ ноутбук, через полминуты после загрузки системы введя пароль в ТВОЮ учетную запись.

— Не переживай, никто в вашу квартиру не вламывался, не расхищал и не оставлял двери открытыми настежь. И уж тем более меня там лично и близко не было. А вот тебе следовало уже давно перевезти часть своих вещей в Леонбург и заняться обустройством своей новой квартиры на Лайтвуд-Парк. Но, как видно, пока сам не приложишь к этому руку, тебя ни чем не проймешь и по хорошему не вынудишь сделать это самой. Подойди…

А вот теперь тебе кажется, что это просто нереально и особенно сейчас. Сойти с места, выполнить приказ в тот самый момент, когда недавние страхи с пережитыми сомнениями и со смертельным набором высоковольтных эмоций, подключили свой прежний зашкаливающий разряд к оголенным нервам только-только расслабившегося сознания и тела. Тебе проще осесть на пол, а лучше сразу скончаться… ты не хочешь этого делать, ты не хочешь больше видеть что-то еще, что могло расцарапать твой сопротивляющийся рассудок несовместимой с жизнью реальностью взбесившихся кошмаров. Он же столько тебя убеждал, что не сделает тебе ничего плохого…

— Эллис. Подойди и сядь в кресло, — ты снова заставила его повторить дважды его приказ. Именно. Приказ. НЕ ПРОСЬБУ.

И, кажется, ты уже начала чувствовать разницу в его никогда не меняющейся тональности голоса — когда он был "недоволен", "спокоен" или "мягок". Ты просто это ощущала, кожей, вывернутыми на изнанку нервами с пульсирующими ранами новых порезов и вскрытий именно от ледяных скальпелей его неизменного баритона и бесчувственных глаз. И тем страшнее становилось от кроющей тебя в эти мгновения очевидной истины — он был в тебе куда глубже, чем это вообще было возможно вообразить.

И наверное он все-таки имел над тобой слишком мощное ментальное воздействие… или психофизическое? Чуть усиленный нажим "терпеливо" выжидающих глаз при медленном повороте головы и лица в твою сторону… безжалостное натяжение невидимых красных нитей с тысячью тончайших раскаленных игл под твою кожу и в оглушенный от новой нечеловеческой боли разум… и ты сама не осознаешь, как тянешься за их разрывающими твой эпидермис струнами, делая рефлекторные шаги на его голос, на его вспарывающий до мозга костей взгляд.