– Ты… выгораживаешь его? – Уточнил осторожно, а Лора приняла взгляд и задрала вверх подбородок.

– Скорее, берегу твоё самолюбие. Никто не любит проигрывать.

– Так уверена в этом?

– Уже да.

Лора поднялась, но вопрос мужа заставил остановиться в дверях:

– Можно узнать, от чего зависело твоё решение?

– Ты усомнился во мне первый. – Кинула, не поворачивая головы, и тихо побрела в комнату.

Уже через неделю, собрав все справки и согласовав информацию во всевозможных инстанциях, повела сына в другой сад. Надышаться рядом с ним не могла, насмотреться не могла, если бы была возможность, никогда бы не отпустила, но ребёнок требовал общения. Шумный и активный, он не мог насытиться только мамой, ему нужно было всё и сразу, поэтому и рискнула. Выла в подушку весь следующий день и только к вечеру успокоилась. В ближайший выходной, муж подвёз до большого административного здания, в одной из комнат которого и работал кабинет психологической помощи.

Первый опыт не принёс ничего хорошего в, казалось бы, налаженную жизнь. Лора действительно приняла роль наблюдателя и выслушивала остальных. Примерно в том же темпе прошли и ещё два занятия. На четвёртый раз она вышла через пятнадцать минут после начала тренинга и села в машину к мужу. Тот не остался в долгу, окинул долгим неприятным взглядом, но промолчал, стерпел до самого дома и, только уединившись в комнате, прищурил один глаз.

– Что произошло?

– Они меня бесят. – Ответила, секунду погодя. – И вообще, почему мы приехали домой? Я бы забрала Рустама уже сейчас…

– Лора…

– Я скучаю по сыну!

– Лора! Не переводи тему. – Прорычал сквозь зубы, явно себя сдерживая.

– А что? – Усмехнулась. – Ты видел их? Ты! Видел их?.. – Повторила, выделяя каждое слово. – Может, ты слышал эти бредни? Нет? А зря. Для здорового человека там настоящая психологическая атака. Кто собирается на этих курсах, кто?! Одна – жертва триллеров и психологических драм, она честно признаётся, что никто её не насиловал, но реально опасается, что это случится ни сегодня, так завтра. Вторая – обдолбанная нимфоманка, такое чувство, что она и сама бы кого изнасиловала, попадись ей мужик в переулке. Третья – рассказывает про изнасилование, которое если и случилось, то только в её голове. При этом она испытывает явное извращённо удовольствие, смакуя свои вымышленные подробности. Есть и четвёртая, та вообще заслуживает отдельного упоминания, потому как тут изнасилование имело место быть, но вот стала ли она жертвой… – Лора выразительно развела руками. – В общем у неё сейчас идея фикс найти этого супер-полового гиганта, чтобы продолжить общение. Единственная реальная жертва, подавленная происходящим, так это номер пять, не обращай внимания, мы не называем имена друг друга, такой заумный ход нашего гуру. Так вот, эта единственная сидит в углу и боится рот открыть, потому что рассказы остальных выводят её на более тяжёлое депрессивное состояние. И это не говоря о нашей звезде, любительнице заглянуть в чужую постель, великой и могучей. Я сейчас о психологе. У неё глаза загораются адским пламенем, она получает удовольствие, выслушивая душевные терзания других. При этом сама говорит только в конце тренинга, и совсем не о том, как избавиться от подобного стресса. Её метод до примитивного прост: откройте душу и выпустите обиду на волю. Как тебе? – Закончила эмоциональный рассказ и на секунду замерла с выражением вопроса на лице.