Не увидев должной реакции, хмыкнула, развернулась и предпочла принять лежачее положение.

– Я туда больше не пойду. – Добавила напоследок и потеряла к разговору всякий интерес.

Женя, наоборот, только начал улавливать суть дела, присел на кровать рядом и аккуратно сжал её коленку.

– Тебя послушать, так ничего вообще не произошло, Лор. – Начал, пусть и тихо, но вполне агрессивно на виражах. – Обычно женщины в таких ситуациях закрываются, избегают людей, а ты и не заморачиваешься вовсе. Что происходит?

– Только то, что я умею видеть во всём плюсы.

– Надо же… – Покачал головой и сжал коленку ладонью сильнее, Лора попыталась руку сбросить, но, потерпев неудачу, напряглась, обдумывая следующий ход.

– Считаешь, их нет? А давай посчитаю я. – Устроившись полусидя, всё же стряхнула руку мужа и подтянула колени к груди. – Меня не покалечили и не убили. Мой сын жив и здоров. Я вернулась домой и к прежней спокойной жизни. По-моему, так вообще одни плюсы. Нет?

– Это, конечно, да…

– А что ещё? Что ты ещё хочешь от меня услышать? Да, Женя, мне повезло. Повезло, что он хоть и был конченным психом, но был один. Что он просто трахнул меня, а не посадил на цепь, не превратил в рабыню и так дале, тому подобное. Потому что ты никогда бы меня не нашёл. Знаешь почему? Потому что не искал! – Добавила тут же, не дожидаясь ответа, и уверенно ткнула указательным пальцем в накачанную грудь мужа.

На несколько секунд отвернулась, пытаясь собраться с мыслями, но вдруг глянула очень уверенно и осмысленно.

– Я туда больше не пойду и точка. Меня всё в этой жизни устраивает. И пока Рустам со мной, ничего не страшно.

Нервно подпрыгнула на постели, переворачиваясь на бок, зная, что муж продолжает смотреть. Даже головы не повернула, когда он подошёл к двери, сопровождая это действие тяжёлым вздохом. Лоре не было его жалко. Его уже не существовало в её жизни. С того самого момента, когда заставил почувствовать себя ничтожеством. Когда предал, поверив другому. Когда ударил… и когда смотрел расширенными зрачками на изуродованное тело, не задумываясь о том, что сам сделал в тысячу раз больнее.

Её всё чаще раздражало присутствие мужа, его взгляд. Доводили до тихой истерики редкие прикосновения, слова, обращённые в её сторону. Даже незначительные просьбы вызывали целую бурю негатива. Так и в очередной раз, не сдержавшись, презрительно хмыкнула на вопрос мужа об ужине.

– Лора, я голодный. – Со спокойной улыбкой сообщил Женя, вернувшись после дежурства.

Она лишь перевернула страницу глянца.

– У тебя довольно странное поведение. Ты совершенно не беспокоишься о том, что произошло, но категорически не воспринимаешь меня всерьёз. Даже вещи в стиральную машину забросить не хочешь.