— Я не намеренно, — отозвалась она уныло. — Стоило мне её взять в руки, как завибрировал звонок и… в общем, я упала вместе с книгой на пол и очутилась… в Бриксворте.

— Что в восьмидесяти милях от Лондона? — уточнил Мартин.

— Что за звонок? — следом спросил Стэнли.

— Да, в том самом Бриксворте. В церкви. Фолиант находился в книжном хранилище. А звонок… О нём расскажу позже.

Наконец, граф открыл рукопись.

Ольга видела, как склонился мужчина над титульным листом. Как отпрянул, перевернул первую страницу и склонился вновь. Ниже, ещё ниже. Заволновался. Лупа поползла над размытыми строчками, выискивая отчётливые, разборчивые буквы, слова.

Он глянул на Ольгу — недоверчиво, вопросительно. Отстранив виконта, быстрым движением ухватил фолиант и, буркнув:

— Стэнли, придержи, надо перевернуть, — не обращая внимания на оставшуюся на столе обложку, бережно уложил книгу обратной стороной.

Ольга металась взором между его руками и побледневшим лицом. Считывала состояние мужчины по нетерпеливым движениям рук с лупой, нахмуренным бровям, шевелящимся губам, произносящим едва заметные слова.

— Аллигат пфальцграфини фон Бригахбург. Номер десять, — выдохнул он рвано, вгрызаясь взглядом в обследованную грязно-жёлтую страницу, изъеденную ржавыми пятнами.

В немом изумлении уставился на женщину.

Виконт поднял голову от книги:

— Ты же сказал, что это её… семейная реликвия, — не спускал глаз с отца, подразумевая гостью.

— Так сказала она.

Мужчины с подозрением глянули на Ольгу.

Она сидела неестественно прямо и настороженно смотрела в их лица. Сердце клокотало в горле, руки похолодели, запылали щёки.

— Это аллигат моей… матери, — дрогнул у неё голос, сорвавшись на шёпот.

— Чей аллигат? — сдвинул брови Мартин.

— Моей матери, — кашлянула женщина, прочищая сухое горло, — пфальцграфини Вэлэри фон Россен, которая вышла замуж за Герарда фон Бригахбурга, вашего предка. Я и есть тот пятый ребёнок, которого нет на семейном портрете в вашей библиотеке в Малгри-Хаус, — на одном дыхании произнесла она. — Должна была родиться третьей по счёту, после Стефании и Николаса, но…

От громкого надрывного смешка Стэнли она вздрогнула и замолчала.