В целом поддержка у Эрла оказалась намного больше, чем он сам того ожидал. Многие из соображений безопасности и конспирации просто не явились. А посему можно было действовать уверенно, но все же не пренебрегать осторожностью.

(пометка: абсолютная монархия — монархия, где правителю принадлежит вся полнота власти, она не ограничена парламентом или конституцией. Слово абсолютного монарха, как закон) .

А что уж говорить о кровавом перевороте или междоусобном конфликте наследников престола. Любая, будь то даже самая неприступная и сильная страна, становится легкой добычей врагов в такое время. Как внешних, так и внутренних. Помнится, именно борьба за престол претендентов на трон стала причиной того, что сотню лет назад Север пал под мечами имперцев.

Каждый из братьев тянул власть на себя. Величайшие нордорийские роды поделились на два лагеря и противостояли нападавшим эльратцам порознь, желая стать «о-великими» защитниками Севера. Жаль, что сплотились они слишком поздно, дабы дать достойный отпор и эльратцы одержали победу. История преподала нордорийцам слишком жестокий урок и все мы очень боялись, что все может повториться.

— А что, если убить Джорджа? — наконец-то озвучил эту «гениальную» мысль генерал Рутгерт.

Аж полегчало вмиг. И не пришлось ходить вокруг да около. Не то, чтобы все ждали ил жаждали этого. Вовсе нет. Просто мы все понимали, что рано или поздно такой вариант решения насущней проблемы «всплывет». Напряженный, мало приятный. Говорить о таком не хотелось. Потому как не каждый день нордорийские воины убивают своих Верховных Эрлов. Дело это отнюдь не обыденное, щепетильное. Не припомню таких случаев в учебниках.

— Смею напомнить Вам, генерал Рутгерт, что Джордж грозил смертью наследнице, если с ним что-то случится. — ответил Эрл.

Действительно, сей вариант имел очень большой недостаток, связанный с жизнью Ее Светлости.

— Вы правда считаете, что его «ищейки» пойдут на такое после его смерти, а не станут молить о пощаде?

— Кто знает. Им терять нечего. Они понимают, что все равно будут казнены. В любом случае — я не стану рисковать жизнью наследницы.

Кабинет снова затих. Высокие умы хмурили лбы. Листали сводки законов, другие вычитывали длинные манускрипты, длинна которых позволяла им укатиться под стол. Кто-то что-то чертил на бумаге. Словом, тщательно демонстрировали бурную мыслительную деятельность. Пока, увы, бесплодную.