Ей бы очень хотелось, чтобы преступник сел надолго, но подобным желаниям противоречило действующее законодательство. Не менее сильно Ритку злил факт, что условия содержания несовершеннолетних преступников в неволе были гораздо комфортнее, чем у более старших «коллег». Так что в колонии Костя может рассчитывать на сбалансированное питание, продолжительные прогулки на свежем воздухе и возможность чему-нибудь учиться. Кроме того, он сможет читать книги и даже заниматься спортом. Все это доводило тетушку до бешенства.

Но Вероника не чувствовала никакого огорчения. Ей было вполне достаточно, что уже ничто не спасет психопата от тюрьмы, где ему придется отбывать наказание вместе с остальными несовершеннолетними преступниками. Зная о нарциссическом расстройстве Кости, она была более чем уверена, что в тюрьме ему придется ох как несладко. Как минимум, он станет там изгоем, а, возможно, ему даже придется терпеть ежедневные издевательства и унижения со стороны сокамерников. Девушке не было его жалко. Пусть моральные страдания станут компенсацией за все те преступления безумца, которые за отсутствием доказательств вообще не будут рассматриваться судом. Так или иначе, Селоустьев ответит и за изнасилование ее подруги, и за издевательства над животными. От этой мысли теплело на душе.

Ночная прогулка

Ночная прогулка

Веронике оставалось лежать в больнице всего пять дней, и у нее было множество планов на оставшееся лето, которыми она охотно делилась с друзьями. Она старалась казаться веселой и беззаботной, чтобы никто из них не догадался, как ей на самом деле грустно. На протяжении всего времени, что она находилась в больнице, она днями напролет думала только об одном человеке. Который почему-то так ни разу и не пришел.

Был ранний вечер. Проводив всех гостей, девушка включила плеер и решила ненадолго прилечь. Она сама не заметила, как уснула. Разбудил ее самый лучший в мире запах. Запах любви, надежды и счастья. Запах, вдыхая который, из спины вырастали крылья. Она проснулась в ту же секунду, как он ударил ей в нос. И еще до того, как открыть глаза, уже точно знала, кто сидит на стуле перед ее больничной койкой.

— Привет, Ника, — сказал Тимур. — Я скучал.

— Что-то не заметно было, — буркнула девушка, кряхтя, приподнимаясь на локтях. Кое-как приняв полусидячее положение и вытащив из ушей наушники, в которых уже давно не играла музыка, она с ужасом поняла, что, должно быть, выглядит не самым лучшим образом. Правая рука невольно потянулась пригладить волосы, которые спутались и торчали в разные стороны.