Я замерла. Голос был очень знакомым. Знаю, это был он. Ну а кто еще это мог быть? Однако голос звучал как-то иначе, более… хрипло? Даже не знаю.

Вздрогнув, я медленно обернулась. Сердце колотилось так, будто собиралось пробить дыру в груди и выскочить наружу.

Роман стоял в дверном проеме, одетый в джинсы, низко сидящие на бедрах, и мягкую поношенную серую футболку.

Я снова сглотнула, стараясь не пускать слюни на его мускулистые руки и широкие плечи. Это был первый раз — и, надеюсь, последний, — когда я видела его в таком наряде, потому что, если это станет обычным явлением, у меня будет остановка сердца.

Выглядеть настолько хорошо должно быть противозаконно, особенно если внутри человек вовсе не так прекрасен.

— В смысле? — Мой голос был высоким и скрипучим, а вовсе не соблазнительным. Я быстро попытался сконцентрироваться. — Я просто переодевалась. — Я задвинула ящик ногой. Похоже, я застряла в этом наряде на всю ночь.

Взгляд Романа прошелся по мне с головы до пят, отчего моя кожа покрылась мурашками, а по телу прокатилась волна тепла. Все, что он осматривал, тут же загоралось огнем. На его лице появилось странное выражение.

— Ты собираешься спать в этом?

Будь клевой. Будь уверенной в себе.

— Естественно.

Я провела рукой по волосам, как это делали в фильмах (во всяком случае, я надеялась, что получилось, как в кино), взъерошила их и медленно продефилировала мимо Романа.

Я заметила, как при моем приближении его дыхание прервалось. Это внушило мне уверенность, в которой я нуждалась.

— Это же не проблема?

Я взглянула из-под ресниц в своей лучшей томной манере.

Судя по всему, у меня получилось, потому что, проведя пальцем по его груди, я почувствовала, как дико стучит его сердце. Я спрятала ухмылку. Пожалуй, мне все это начинало нравиться.

— Что ты делаешь?

Вау, а голос у него и правда был очень хриплым.

— Разговариваю с тобой, — невинно ответила я, опуская руку ниже до тех пор, пока она не запнулась о твердые, точно камень, кубики пресса. Да-а, я определенно начинала получать от этого огромное удовольствие.

Кто мог знать, что накачанный пресс может поднять девушке настроение практически до небес?