– Так… – Разворачиваюсь я, мама досадливо сморщила нос, мол, не успела скрыть следы преступления, а вот Ромка опустил взгляд в пол. – Признавайтесь, кто из вас мне тут диверсию устроил? – взревел я.

– Я! – хором ответили они.

Понятно – жена перед роддомом сюрприз оставила, а эти решили вину взять на себя. Ромку понять можно, что в нём рыцарь проснулся. Ну… мама! Зачем учит пацана врать?

– Ромка, обманывать нехорошо, даже во имя благих целей. А ты, мама, завязывай мне сына портить.

Та тяжко вздохнула, с укором на меня посмотрела и, не говоря ни слова, направилась к выходу из кухни. Обиделась что ли? Но через минуту понял, что ошибся. Моя родительница вернулась с работниками и, пока я хлопал удивлённо глазами, принялась отдавать команды.

– Па… – услышал я рядом и перевёл взгляд на Ромку. – Прости, что обманул…

– Забыли. – Приобнял его за плечи и повёл из кухни, добавляя: – Тем более я и сам тоже этим грешил, – не стал строить из себя святого, – но теперь без меня больше никто из вас там хозяйничать не будет. Это новый закон.

***

Я проснулась с первыми лучами солнца, а мой малыш всё ещё спал. Осторожно встала с кровати и подошла к своему счастью. Боже мой, мне до сих пор не верится, что это не сон! Сын очень похож на Кирилла, и я ни капельки не ревную, потому что дочка обязательно будет похожа на меня. Хотя не важно, пусть на него, лишь бы Бог подарил нам ещё одну кроху, а в идеале и двух. Что-то я размечталась на радостях. Тихо посмеиваясь над своими мыслями, направилась опять в кровать, ведь стоять ещё тяжело. Часов в десять в дверь палаты кто-то робко постучал, и явно не медперсонал – они входят без стука, да и недавно уже были.

– Входите, – подала я голос, дверь приоткрылась, и показалась белокурая голова Ромки. – Сынок, ну чего ты как неродной? Иди ко мне, – раскрываю я руки для объятий, – я ужасно соскучилась.