- Любимый мужчина.

- Так и любимый?!

- Горячо и нежно, - наливаю в чашку кофе.

- Поздравляю. Высокие отношения.

- Выше не придумаешь.

- А как же наш общий друг? Я думал, вы уже давно нарожали выводок детей.

- Ты про Жорина? - свожу брови. - Он женат.

- Да ты что?

- А ты будто не знал.

- Нет.

- Кому ты врёшь?

- Мы не общаемся.

- Но круг общения у вас один, прекрати разыгрывать эти ясли.

- Знаешь, Викторова, говорят, на тебе пробы ставить негде, - замирает напротив меня.

Я впадаю в ступор, явно не ожидая услышать от него подобное. Я знаю, что обо мне говорят. Знаю, в каком свете меня выставила Эмма, и не только она, Жорин в своё время тоже постарался, но, блин, я реально не думала, что он скажет что-то подобное. Чтобы ни происходило в нашем прошлом... теперь я ясно вижу, что он изменился, стал более жестоким, прямолинейным, он пришёл сюда ткнуть меня лицом в грязь. Мне плевать на то, кто и что думает. Я просто хочу, чтобы он ушёл. Его не было шесть лет, и я не уверена, что мне было нужно его появление в моей жизни сейчас.

Смотрю на его ухмылку и со всей дури бью по роже.

- Пошёл вон.

Шелест проводит языком по верхней губе, трёт щеку и, схватив меня за руку, притягивает к себе.

- Но почему-то с каждым разом я верю в это всё меньше.

- Я сказала, вон, - повышаю голос, стараясь вырваться.