Но я не обязан улыбаться и терпеть, наплевав на себя.

– Так случайно вышло. Ну чёрт, это просто багажник! Я даже твою машину не фоткала, ничем тебя не подставила. Я же понимаю, просто так вышло… красивый же кадр получился.

Действительно. Удобно мерить жизнь красотой кадров в инсте.

– Такой бум в коммах. Ну, Марк, ну не злись. Я сейчас же удалю фотки. Уберу надписи. Так ты перестаешь злиться?

– Регина, я очень тебя прошу. Забывай хоть иногда мой номер телефона.

И вешаю трубку.

– Марк…

– А теперь пойдём обратно, – хватаю Марту за руку и волоку за собой в сторону дома.

– Марк, послушай. Марк, не надо! – Марта пытается до меня докричаться, только я слишком устал быть чьей-то марионеткой. – Не связывайся! Я же всё поняла!

Я останавливаюсь лишь для того, чтобы обхватить лицо Марты руками и стереть все бурные протесты и увещевания жёстким поцелуем.

Марта замирает под моим напором, а потом обхватывает плечи руками, стонет глухо.

Прощает.

– Я ещё накажу тебя за то, что веришь кому угодно, кроме меня. Но пока что у нас есть дело поважнее.

– Ты будешь с матерью разговаривать? Из-за меня ссориться? Не надо.

– Моя некровожадная добрая девочка, – усмехаюсь. – Я не собираюсь ни с кем разговаривать. Никогда больше.

В качестве подтверждения я достаю из кармана мобильный, вытаскиваю симку и выкидываю её куда подальше.

– Но… и у тебя кровь! Марк, она течёт! – в голосе Марты настоящий ужас. Она пытается рассмотреть руку ближе, но я не даю.

– Это ерунда. А нужные номера у меня есть, я их помню наизусть, – провожу пальцами по губам Марты, целую уголок губ. – Других за спиной оставлю.

– Но зачем мы идём туда? Зачем возвращаемся? Я не хочу никакие вещи оттуда забирать, – лепечет, а я снова запечатываю болтливый рот поцелуем.

– Там мой мотоцикл. Его я люблю, его и заберу. Кто-то, кажется, в “Здоровое сердце” опаздывает.