– Я так и понял. Что с ним? Он в порядке?

– Он в беспорядке. Он ждет денег, иначе был бы уже в Париже или черт знает где. Как только раздобудет наличные, он уедет.

Уитмор стиснул челюсти, в глазах его появилась боль.

– Просто так? Не попрощавшись?

– Он сказал, что попрощался с тобой в больнице.

– Это не считается, черт возьми.

Я был с ним согласен.

– Слушай. Я его знаю. Ему нужна… помощь. Или что-то еще. Он нуждается в тебе.

Уитмор кивнул.

– Он мне тоже нужен. Так же сильно.

– Покажи ему.

– Как? Он не хочет со мной разговаривать. Не отвечает на звонки. Моя мама болеет. И я не могу часами торчать на его чертовом крыльце… – Он разочарованно выругался. – Мне хотелось бы сделать все, что ему нужно, но… черт. Моя жизнь сама вот-вот разлетится на части.

Я понимал, как он себя чувствовал. Потеря матери походила на взрыв бомбы, разносящий привычную жизнь на мелкие кусочки.

– Рядом с комплексом «Клиффсайд» есть парковка, – проговорил я. – Совсем неприметная. На западном краю ее стоит хозяйственный сарай. Поезжай туда сегодня. В четыре часа. И где-нибудь спрячься.

– Приятель, у меня нет времени играть в шпионские игры…

– Ты хочешь увидеть его или нет? – бросил я. – Будь там. Об остальном позабочусь я.

* * *

В этот день после школы я пошел с Шайло на школьную парковку. Я получил три с минусом по истории, хотя подозревал, что Баскин и столько мне ставить не хотел.

– Он болван, – проговорила Шайло, беря меня за руку. – Твоя последняя курсовая о холодной войне была просто блестящей.

– Мне это неизвестно.