– Нет. – Голос Ронана звучал тихо, но таил в себе опасность, как черная вода.

– Ты уверен, что это сделал он?

Он кивнул.

Я вздохнула.

– Думаю, это уже не важно. Дело сделано.

– Я разберусь с этим, – произнес Ронан.

Что-то в его тоне заставило меня вздрогнуть.

– Тебе не стоит…

– Стоит. Это моя вина.

– Твоя? Но почему?

– Не важно.

Я теребила покрывало. Ронан сидел в ногах кровати, а я – в изголовье. Он не прикасался ко мне. Он хотел уйти; я практически чувствовала исходящие от него сигналы. Я больше не могла этого выносить. Потерять его…

– Тебе не обязательно оставаться, – проговорила я. Внутри начала подниматься волна эмоций, словно река, грозящая выйти из берегов. – На самом деле… – Я проглотила слезы, но они не желали уходить и по-прежнему болезненно жгли глаза. – Если ты больше не захочешь меня видеть, я пойму.

Он вскинул голову и взглянул на меня.

– Что?

Я покачала головой, не отрывая взгляда от сложенных на покрывале рук. Они походили на руки мамы, но в них текла его кровь.

– После рассказа мамы… Я понимаю. Я сама себя сейчас выношу с трудом.

Ронан резко поднялся с края кровати и пересел ближе ко мне. Он схватил меня за плечи, потом коснулся пальцами щек и взял в ладони мое лицо.

– Черт, Шайло, нет…

Я покачала головой, и из глаз хлынули первые слезы, покатившись по его пальцам.