Сначала Шер бесился, ругался, отнекивался, отрывался на детях по полной, но в конце концов, смирился с положением вещей. К тому же сами детки почему-то его полюбили, хотя «почему» он не понимал, но и сам проникся к ним симпатией. Скрытой, загадочной и тайной, как загадка тысячелетия и потопленные сокровища пиратов. Вёл он себя с ними грубо, хлёстко, дерзко. Мечтал, что они все разом возненавидят его и попросят, чтобы им сменили учителя. Но дети стойко терпели и благоговели перед ним, исполняя все-все задания. Это его несколько завораживало, он ощущал себя значимым благодаря младшей группе.

А благодаря своей малышке сейчас он включил в свою палитру чувств ещё и ревность, хотя списывал её на чрезмерную любознательность, мысленно называл себя Варварой, которой на базаре нос оторвали, а потом вспомнил, что его жёнушка, не так давно болтавшая по телефону, этим именем называла своего собеседника, который на поверку, оказался Оливером, и перестал гнобить себя.

Здание были трёхэтажным, но все развлечения умещались на первом этаже, на втором же этаже находились различные кафетерии и фастфуды, а вот на третьем располагались офисные кабинеты и прочее для бюрократических личностей. В принципе, возможно было впихнуть в здание гораздо больше различных развлекательных аттракционов, таких как кинотеатр, например, но учредители решили, что лучше забить всю территорию детскими играми. Так что на первом этаже в центре стояла огромная карусель, весело певшая песенки, когда лошадки начинали «скакать» по кругу, а вокруг неё располагалось всё остальное, поражавшее воображение впервые попавшего сюда человека, будь то ребёнок, будь то взрослый, а вот вдоль стены с высоким потолком проходила в воздухе железная дорога, именуемая в народе «американские горки».

Шер был здесь не впервые. И восторгаться аттракционами он не собирался. У него была цель, правда, он её не наблюдал.

Вообразив себя героем шпионского боевика, он прокрался сквозь чёрный ход и потайными служебными путями, минуя охрану, ворвался в зал развлечений, заполоненный мелкими шкетами и немногочисленной стайкой их родителей. Причём папаши, которых мамаши не пустили на третий этаж, сгрузились в кучку и о чём-то таинственно шептались, а их половинки носились за своими чадами, болтали без умолку, вовсю создавали ощущение пчелиного улья.

Растерянно разглядывая зал, Артём видел детей, резво атакующих игровые площадки, бешено носящихся за ними родителей, энергично следящих смотрителей зала, в общем, всех, кроме жёнушки и брата.

Он немного побродил по залу, встретил знакомых, поболтал, обошёл все аттракционы и, наконец, его взгляд выцепил знакомую фигурку, принадлежащую Арсению, который прятался в импровизированных кустах вместе с друзьями и пытался заснять Шера на камеру.