Джек опустился на колени рядом со мной и начал повторять мне последовательность из тридцати двух латинских букв, которую мы оба запомнили путем неоднократного повторения шифра часов. Записав их в строчку, я глубоко вздохнула и, глядя на лист блокнота, одну за другой начала заменять их буквами из нового ключевого алфавита.

Посмотрев на то, что получилось, я прочитала фразу вслух:

– В полночь звезды сверкают, как бриллианты.

Мы с Джеком посмотрели друг на друга.

– О, боже, – пробормотала я. Как по команде, мы оба вскочили на ноги и бросились к часам.

Джек снова открыл циферблат.

– В полночь… – Он повернулся ко мне. – Помните фотографии с того рулончика фотопленки? На одном снимке обе стрелки напольных часов указывают на двенадцать.

– Но мы оба не раз были в этой комнате в полночь, и ничего не произошло. – Я попыталась подавить разочарование. – Как вы думаете, а не проще ли сдвинуть обе стрелки на двенадцать и посмотреть, что произойдет?

Джек бросил взгляд на часы.

– Сейчас чуть больше одиннадцати. Не хочу делать ничего такого, что могло бы изменить то, чему суждено случиться. Может, лучше разойдемся по своим комнатам и встретимся здесь в полночь?

Я кивнула – его осторожность была мне понятна, но полностью обуздать свое нетерпение я не смогла.

Мы взяли наши сумки. Джек позволил мне нести сумку с логотипом «Доры-путешественницы». Он наверняка подумал, что я выбрала именно ее, потому что в ней лежал бриллиант. На самом же деле причина скорее заключалась в письмах и в последних словах отца, обращенных к сыну, которые тот так никогда и не прочел.

Трагедия их жизни тяжелым камнем давила на меня, и даже правда не положила конец их истории. Я чувствовала в доме их скрытое присутствие, чувствовала, как они наблюдают за нами, пока мы поднимаемся по лестнице. Я остановилась на верхней лестничной площадке, едва ли не кожей ощущая пульсирующее вокруг нас предвкушение.

– Чувствуете? – прошептала я.

Джек покачал головой.

– Что именно?

Я нахмурилась, пытаясь определить свои ощущения: что-то вроде щекотки или серии легких прикосновений.

– Они смотрят на нас. Ждут.

– Кто они? – спросил Джек. Его голос поразил меня своей твердостью.

Я вслушалась в шепот, который становился все громче.