Джек вновь сверкнул своей коронной улыбкой. Я поспешила отвернуться.

– А вдруг я считаю, что разговаривать с мертвыми – это чертовски сексуально?

Настала моя очередь изумленно выгнуть бровь. Внезапно по окну, что выходило в сад, промелькнула какая-то тень. Движимая любопытством, я шагнула ближе. Легонько касаясь ладонью моей спины, Джек последовал за мной. Мой взгляд скользнул за разрушенный фонтан к древнему дубу, чьи листья шелестели на ветру, словно детский смех. Деревянные веревочные качели были пусты, плавно покачиваясь, как будто кто-то только что соскочил с них. Позади качелей, пристально глядя на нас, стояли Луиза и Невин.

– Вы их видите? – прошептала я.

Джек кивнул.

– Как, по-вашему, почему они здесь?

– Пришли попрощаться, – ответила я, молча прощаясь с ними. Мое сердце одновременно переполняли горе и радость. – Их здесь больше ничего не держит.

Между тем Луиза и Невин повернулись и зашагали к воротам, туда, где я впервые увидела их, постепенно тускнея, словно краски на закате. В следующий миг их окутал порыв ветра, и они исчезли. Не осталось ничего, кроме слабого аромата роз.

Мы с Джеком еще какое-то время продолжали стоять, глядя туда, где в воздухе только что растворились мать и сын. Наконец Джек повернулся ко мне. Его лицо было совсем близко.

– И что теперь? – спросил он.

Я пожала плечами, изображая беспечность.

– Думаю, окончательно переберусь сюда. Глупо платить за квартиру, в которой я не живу. Плюс мое общество квартиросъемщиков не разрешает держать собак.

Мы оба посмотрели на Генерала Ли. Тот улегся у наших ног и невинно смотрел на нас.

Джек наклонился и почесал его за ушами.

– Да, пес – хороший повод для переезда.

– А вы? Какие планы у вас?

– Материал по бриллиантам Конфедерации я собрал и теперь должен поскорее закончить книгу. Думаю, мне придется еще пару раз вернуться сюда и встретиться с вами, чтобы уточнить детали. Если, конечно, вы не против.

Я попыталась скрыть свою радость. Джек стал такой важной частью моей жизни, что я с трудом представляла ее без него – и это при том, что порой его уверенность в собственной непогрешимости жутко действовала мне на нервы.

– Нет, конечно.

Он улыбнулся.