— Это была грёбаная шутка, и она сломала мне чёртов нос, — кричит Диллон.

— Отличный удар, — говорит мне тренер Уокер. — С тобой всё в порядке?

Я киваю.

— В полном порядке.

Двое здоровяков, появившиеся позади тренера, встают перед Диллоном, преграждая ему путь.

— Ты была здесь из-за меня? — спрашивает тренер.

— Я пришла сюда, чтобы написать заявление об уходе, — говорю я, дрожащим голосом.

— Связанное с этим? — спрашивает тренер. — Потому что это недопустимо. Вовсе нет.

— Нет, это связано с… — я замолкаю. Связано с тем, что я поверила этому парню из-за так называемых слов, сказанных Колтоном? Я с трудом сглатываю. — Это не имеет отношения к этому. Я… двигаюсь дальше.

Дерьмо. Двигаться дальше.

Я должна преподавать через пятнадцать минут.

— Мне нужно идти, — начинаю я.

— Ты должна оставаться здесь, пока копы не возьмут у тебя показания, — настаивает тренер Уокер.

— Копы? — пищу я. Я думала, он вызвал охрану, наёмных полицейских с пивными животами, которые являются работниками кампуса. Я могла бы просто сказать им, что дам показания позже.

— Я видел, как один из моих игроков напал на тебя, а нападение — это преступление, — деловито говорит он.

— Я должна идти читать лекцию, — запинаясь, объясняю я. Конечно, я бы тоже хотела, чтобы этот парень заплатил за то, что лапал меня.

— Ты можешь кому-нибудь позвонить? — спрашивает тренер Уокер.

Я прочищаю горло.