Я тяжело выдыхаю.
— Он сказал, что я хвастался всем, что она… — я замолкаю, не уверенный, что хочу сказать это даже Танку. — Девственница, — заканчиваю я. — Ты тоже никому этого не говори, а то я тебя убью. Я и Сейбл — единственные люди, которые это знают.
Танк пожимает плечами.
— Значит, он догадался.
— Нет, я проговорился. Это было в тот раз, когда мы с ним сцепились впервые. Он говорил о том, что её рот был создан для сосания члена. — Я с трудом могу произнести эти слова вслух. Мысль о том, что вырвалось у Диллана изо рта, даже сейчас приводит меня в ярость. — Я… выпалил это. Прежде чем нанёс удар. Он просто болтал без умолку, называя её шлюхой и всё такое… я не мог ясно мыслить.
— А, чёрт. Значит, Сейбл думает, что я знал о твоём хвастовстве в раздевалке.
— Наверное.
— Так почему же ты сидишь в собственной грязи и жалеешь себя? — спрашивает Танк. — Пойди и расскажи ей.
— Я пытался. Она больше не хочет меня видеть. Никогда, — бормочу я. — И всё, что я сейчас скажу, будет звучать так, будто я пытаюсь это скрыть.
— Ну, тогда перестань быть нытиком и пытайся усерднее.
Глава 44
Глава 44
— Ещё одна коробка, — говорит Сейбл, бросая её на растущую коллекцию на моём столе. — Хочешь, я открою её?
— Нет, — отвечаю я. — Я… найду место, куда пожертвовать их или что-то в этом роде. — Я знаю, что в коробке, и знаю, что они от Колтона. Они начали появляться на моём пороге, как часы, каждый день, начиная с прошлой недели, когда начался семестр. Фаллоимитаторы с записками внутри коробок: