Леша был прав, когда говорил что все бестолку и меня попросту задавят весом…

Из коридора доносятся выстрелы и крики, мне даже кажется что я слышу знакомый голос, зовущий меня по имени. Уже находясь на грани сознания я чувствую, как руки с моей шеи исчезают, а Вайса кто-то валит на пол. В попытках отдышаться и сфокусировать зрение, я вижу перед собой Ледника с пистолетом в руке, он что-то говорит Вайсу, наступив ему на горло ногой. Его лицо искажено злобой и отвращением, а палец дрожит возле курка. Окончательно меня приводит в чувства истерический плач Селесты, забившеся в угол комнаты. В голове резко щелкает и я хватаю Лешу за руку, хрипло повторяя:

— Здесь ребенок, не надо! Здесь ребенок!

Чувствую, как напряжены его мышцы, как он из последних сил заставляет себя сдержаться, но все же жмет на курок. Звук выстрела разрезает воздух, после чего по комнате разносится вой Стейси Вайса, схватившегося за раненое плечо. Ледник опускает руку с пистолетом и поворачивается ко мне, обеспокоенно осматривая мое лицо.

— Ты не ранена? — спрашивает он и я мотаю головой.

— Леша, — прижимаюсь к нему, вдыхая любимый запах. — Скажи, что это не сон, пожалуйста… Скажи, что не сон, — всхлипываю я.

— Не сон, Золушка, более чем реальность!

55

55

Все дальнейшее происходит словно в быстрой перемотке, оставляя за собой лишь шлейф смазанной картинки.

Полиция устраивает в доме обыск. Вайса увозят в больницу. Туда же отправляют и нас с испуганной Селестой. Все происходящее кажется сном, настолько эмоционально выжали меня эти события. То ли в машине скорой, то ли уже в больнице, но я погружаюсь в сон. Впервые мне ничего не снится. Абсолютно ничего.

Когда прихожу в себя, сижу в кресле рядом с кроватью спящего человека. Но это не Леша…

— Мам? — тихо зову я и она тотчас вскакивает на ноги и бросается ко мне.

— Как ты, милая? — пытается она взять меня за руку, но я прячу ее под одеяло. — Прости меня… Прости, если когда-нибудь сможешь, — едва сдерживая слезы, произносит она.

— Спасибо, — выдавливаю из себя я, дрожащим голосом. — Спасибо, что помогла… Как у тебя получилось?

— Нам помог с перелетом и с журналистами мой давний друг, тот самый, помнишь? Он каждый год жертвовал на развитие моего бизнеса деньги и покупал мои не самые удачные коллекции, — говорит она, слегка краснея. — У него есть знакомый в ФБР и… нам удалось достучаться до не продажных полицейских.

— Тот друг, который влюблен в тебя еще со школы? — нервно усмехаюсь я и приподнимаюсь на локтях.

— Не важно, Элла! Все это неважно! Потому что главное было — это помочь тебе!